Упс... Ошибочка вышла

И лучшим определением для этой помощи было слово «исцеление».

Вера слушала с сердечным участием и пьянящим похлеще любого вина пониманием. Дэрек сидел рядом с девушкой, сжимал ее руку, залежавшийся плед пах пылью, от выпитого совсем немного кружилась голова, у колдовского огонька вилась крупная ночная бабочка. Рассказ, непоследовательный, не отражающий хронологию событий и сбивчивый, приносил облегчение. С каждым ударом сердца дышать становилось все проще, словно кто-то разрезал тугие незримые ремни, стягивающие грудь.

Последний раз Дэрек чувствовал себя почти так же хорошо на Острове, засыпая под целебные песни сам-андрун. «Почти так же хорошо», потому что чары островитянок были общими, одинаковыми для всех. А Вера… Вера как-то воздействовала лично на него, помогала открываться, избавляться от трудных мыслей и воспоминаний.

Это откровение потонуло в тумане слабости и сонливости. Приятная расслабленность, которой хотелось наслаждаться, тоже напомнила о месте восстановления запала.

Исцеляющие мази и благовония, растирания и ванны так же погружали дракона в дремотную негу. Дэрек чувствовал, что язык начинает заплетаться, а подбор правильного слова требует все больше и больше времени. Он хотел попросить у Веры прощения за это, но, встретившись взглядом с сероглазой девушкой, прошептал:

— Ты удивительная. Я ещё ни с кем не испытывал подобного.

Она не ответила, только улыбнулась, а отклик ее эмоций был обворожительным. Дэрек знал, что его слова отразили мысли Веры, а еще ясно понял, что очень нравится ей.

Чувству, озарившему душу мягким солнечным светом, Дэрек не нашел бы определения, даже если бы искал. Чуть крепче прижав к себе Веру, он просто наслаждался моментом.

Утренний ветер упруго натягивал кожистые крылья, теплые лучи скользили по чешуе, ласкали морду, и Дэрек блаженно щурился, наслаждаясь полетом. Огнедышащие, как давно он не летал. Простое удовольствие, на которое вечно не хватает времени. Дэрек вдохнул полной грудью прохладный воздух и чуть накренился, ловя поток.

Рядом кто-то сонно и недовольно застонал.

Открыв глаза, Дэрек огляделся и замер, затаив дыхание. Полет оказался сном, но настоящее положение вещей кружило голову сильней любой высоты. На его груди, обняв одной рукой, спала Вера. Дэрек поостерегся убирать свои руки, которыми во сне придерживал на плечах девушки плед, и безрезультатно силился вспомнить, как же вышло, что они оба уснули на скамейке в беседке.