Упс... Ошибочка вышла

— Нет, но Фехтен и в самом деле увлекательный. Я же говорю, он образный. Я могу довольно четко представить себе цвет и сияние волшебства, понять, как влияют на него те или иные факторы…

— Ты видишь чары? — тихо уточнил Дэрек. Голос его заметно сел, а непонимание отразилось в моих чувствах растерянностью.

— Я уже догадалась, что не должна бы, но это ведь к лучшему, так? Если кто-то из женихов решит показать фокус невестам, мы не попадем в глупую ситуацию.

Попытка указать на позитив там, где его было маловато, закономерно провалилась.

Дэрек хмурился, выглядел и ощущался озабоченным.

— Если бы я чувствовал твой дар, было бы проще, — вздохнул он, наконец. — Без этого мне кажется, что я лишился части собственной магии.

— Противное, наверное, ощущение, — осторожно предположила я, прекрасно чувствуя, насколько именно сильной и скребущей была охватившая Дэрека тревога.

— О да, противное, — нарочито спокойно ответил он.

— Но я все ещё не хочу поговорить о магии с госпожой, — предупреждая развитие темы, подчеркнула я.

— Помню. Все еще не понимаю, но помню.

— Я ценю это, — с чувством заверила я, но и так не исправила атмосферу за столом. Дэрека угнетала неопределенность, и это сквозило в каждом жесте, ощущалось кожей.

Разговор о местных блюдах немного помог, но лучше всего отвлекли книги. К сожалению, ни Дэрек, ни я никакого внятного объяснения пробуждению моего странного дара не нашли. Зато все те же труды достославного Фехтена подсказали возможность убедиться в том, что ни о каком разделенном проклятии речь не идет.

Оттягивать довольно простой ритуал не стали, занялись им после ужина, и я получила удивительную возможность полюбоваться призрачным зеленым драконом, в которого во время волшебства превращался Дэрек.

День, несмотря на множество странных и беспокоящих откровений, получился чудесным. Блаженно растянувшись на постели, Дэрек с удовольствием вспоминал даже трудный разговор о магии Веры. Спокойная реакция девушки, вдумчивый подход и логичная аргументация произвели должное впечатление утром и по прошествии времени могли вызывать только уважение.

Дэрек искренне сомневался в том, что сам в подобной ситуации реагировал бы с таким достоинством и самообладанием.

Вера в тот день поражала не единожды. Ее дар будто задался целью поставить Дэрека в тупик раз сто за сутки и вполне справлялся с задачей. Но все затмевало последнее значимое событие дня — ритуал. Дар девушки, неощутимый в обычной жизни, откликался золотистым сиянием во время волшебства.