Упс... Ошибочка вышла

Можно прямо на полу!

Цепляясь за деревянную обшивку стены, я ползла к выходу, приволакивая сломанную ногу. Она разболелась так, что я чудом сдерживала всхлипы. По щекам текли слезы, и я по-рабоче-крестьянски утирала их рукавом. Чуть легче стало, когда я прихватила в прихожей большой зонтик-трость и преодолела последнюю лестничку. Три ступеньки крыльца, которые чуть не стоили мне второй ноги!

Как оказалось, семейство Сьенги не могло позволить себе особняк, что значительно облегчало мне задачу. Не пришлось идти через сад, переживать о том, откроется ли калитка.

Я просто сразу оказалась на улице. На незнакомой улице в чужом городе и без всяких гарантий того, что человек, к которому я обращусь за помощью, не решит проделать тот же фокус, что и Тесса с папашей. Тем более и у Дэрека отбивать не надо. Живые деньги сами в руки идут!

Сгущающиеся сумерки дополнительно усугубляли мое положение, и к решению искать стражника, а лучше отделение, я пришла, когда уже отползла от дома Тессы на квартал. Указателей как назло не было.

Прохожих, на которых я спустя ещё два квартала мытарств уже была согласна, тоже. Я ковыляла, полагаясь на какое-то внутреннее чутье, на ощущения от поводка, который должен был подсказывать мне, где находится Дэрек.

На перекрестке тускло горел фонарь. Я стояла, смотрела на вьющуюся вокруг него крупную бабочку и прислушивалась к ощущениям. Мне отчего-то казалось, что Дэрек где-то рядом, но и далеко отсюда.

Поблизости распахнулась дверь, улицу залил золотистый теплый свет.

Из дома, галдя и смеясь, вышли девочки, не меньше десятка, но я видела только одну. Черные волосы, заплетенные в косу, аккуратное голубое платье, лента в цвет. На вид не старше шести. Она протянула кому-то папку с рисунками и дала руку. Вокруг девочки что-то происходило, но для меня мир будто опустился под воду. Глухие звуки, медленное течение времени, вязкость воздуха, и только эта девочка казалась настоящей,  живой на фоне тусклого, какого-то призрачного окружения.

Девочка подошла ближе, я протянула ей руку.

Когда ребенок посмотрел мне в глаза, я услышала собственный голос:

— Отведи меня к своей маме, Дьелен.

Ее ладошка оказалась в моей, в серых глазах не было ни страха, ни удивления.

— Конечно, — звонко ответила девочка и крепче сжала мою руку.

Ощущение погружения под воду не прогнали ни усилившаяся боль в ноге, ни чьи-то попытки оторвать меня от ребенка. Меня даже ударили в плечо, но я не защищалась. Как ни странно, за меня заступилась Дьелен.