Отец и сын Полетаевы занимали отдельный флигель, тот самый, в котором сейчас обустроил личные покои владелец отеля Вадим Горелов. После революции, ареста и смерти адвоката усадьбу национализировали и в ней расположили детский дом для беспризорников. Николай Полетаев какое-то время оставался в нем, работая дворником."
"Он больше никогда не женился и других детей не имел. Умер в 1928 году в возрасте шестидесяти двух лет. Информации о судьбе его единственного сына Леонида в архиве не нашлось, что говорило только о том, что из Рыбинска он уехал до того, как женился, стал отцом или скончался.
Куда именно он переехал, оставалось неизвестным. Конечно, ответ на этот вопрос могли дать другие российские архивы, вот только с какого города начинать поиски, оставалось неясным, а искать человека по всей стране все равно что иголку в стоге сена.
– Когда Полетаев скончался, Петру Токменеву было сорок два года, – задумчиво сказала Лена. – Он мог быть дружен с Леонидом, тот был младше его лет на пять-шесть, не такая уж большая разница, особенно в зрелом возрасте.
– Да, но это тоже ничего нам не дает, – возразил Горелов. – Петр погиб на фронте. Его жена и дочь после войны переехали в Ленинград.
– А почему именно туда? Почему не в Москву, где жила, и достаточно неплохо, их родственница Елизавета Никанорова? – снова задумалась Лена.
– Они могли и не знать о существовании подобного родства. Известно же, что Петр ненавидел свою сестру и с ней не общался.
– Возможно. И все же не дает ответа на вопрос, почему дочь Петра не отправилась на учебу в столицу.
Москва гораздо ближе к Рыбинску, чем Ленинград. И все-таки она уехала именно туда. А что, если предположить, что именно в городе на Неве ранее обосновался Леонид Полетаев и именно к нему, как к близкому другу семьи, обратились мать и дочь Токменевы?
– Это не более чем домыслы, – резюмировал Дорошин. – Мы понятия не имеем, почему дочь Петра Токменева выбрала для учебы именно северную столицу и куда на самом деле переехал из Рыбинска Леонид Полетаев.
В архивах Питера, конечно, поискать можно, но работа будет адова. Людей с таким именем и фамилией там тысячи.
– По крайней мере, мы точно знаем, что никто из привлекших наше внимание гостей Эдика в своей родословной Полетаевых не имеет. Также как и Токменевых-Леонтьевых, так что мы вытянули пустую карту. Мамино сидение в архивах и моя поездка в целом не дали нам никакой полезной информации. Не считая столового серебра, разумеется, – признал Горелов.
