Можно подождать еще пару дней, пока мы все уедем, потом выбрать момент, когда хозяева уйдут на работу, пробраться в пустой дом и забрать все, что хочется. К чему такой необоснованный риск?
– Посмотрим, – повторил следователь. – Думаю, что уже завтра мы получим ответ если не на все, то на очень многие вопросы.
На том и разошлись по своим комнатам, проводив Бекетова. Ночь прошла спокойно, хотя Лена то и дело просыпалась от малейшего шороха. Все ей казалось, что в комнату Горелова снова лезет убийца и их с мужем долг его спасти.
Дорошин, не подозревая о своем долге, спал рядом безмятежным сном младенца, словно происходящее ни в коей степени не лишало его спокойствия.
Лена знала, что муж сильно и искренне скорбит по своему погибшему другу, и радовалась, что на состоянии здоровья и нервной системе это горе никак не отражается. Вот и хорошо. Вот и славно.
* * *Рано утром Горелов выпил кофе и отправился в больницу, к Нине.
– Вы позвоните, Вадим, когда станет известно, что и как, – попросила Лена. – Мне Нина очень симпатична.
Хотелось бы, чтобы она быстрее поправилась.
– Позвоню, – пообещал он. – И вы позвоните тоже.
Лена прекрасно понимала, что он имеет в виду. Бекетов обещал сегодня прислать специалистов с металлодетектором. Если в доме Киреевых находится клад, спрятанный художником Никаноровым и его женой, пора его найти, чтобы опередить охотящегося за ним преступника.
В десять утра в доме появился одетый в военную форму специалист, приступивший к работе. За несколько часов он обследовал полы во всех комнатах на первом и втором этажах, а также мастерскую и даже подвал.
Детектор сработал один раз, в гостиной, неподалеку от стены в углу, сразу за креслом. С разрешения Татьяны вскрыли паркет и обнаружили завалившуюся в щель у отошедшего плинтуса потемневшую серебряную чайную ложку. И все.
– Может, еще стены проверить? – с сомнением в голосе спросил Гриша.
Киреева-младшего настолько увлекла процедура кладоискательства, что он ради того, чтобы наблюдать за работой с металлодетектором, отпросился на сегодня с работы.
Татьяна его за это отругала. Теперь, когда главного добытчика в их семье не стало, Гришина зарплата была крайне необходимым подспорьем для жизни его жены и детей, а потому потерять работу или доверие начальства молодой человек не мог.
– Не переживай за него, Таня, – мягко сказала Елена. – Гриша серьезный и ответственный, он вытянет и выдюжит, даже не сомневайся."
"– Я не сомневаюсь, я за него переживаю, – с тяжелым вздохом ответила Татьяна.
