Следовательно, у него была агорафобия — отказ от любой деятельности и нежелание покидать насиженное место. В “Сказке о мертвой царевне” мы сталкиваемся с типичным случаем нарциссического расстройства. Царица днями не расстается с зеркальцем и даже ведет с ним беседы.
— Попади все они нам сегодня в руки, — подвел итог Костя, — уж мы их подлечили бы!
— Да к вам любой попади в руки, — Игорь слушал его весь вечер и делал свои выводы, — на пилюлях разорите. Нет уж! Мы лучше свои стрессы будем снимать традиционными способами: банькой, водкой и…
— И чтением хороших книг! — перебила Татьяна, и все рассмеялись ее готовности облагородить рецепты Игоря.
— На самом деле, — примирительно проговорила Вера, — мир полон прекрасных людей, взрослых и маленьких.
— И у всех свои заскоки, — добавила Анна.
— Но самые большие у психологов и психиатров, — сказал Игорь.
— Они как те герои-врачи, — пафосно изрекла Татьяна, — которые ставили на себе эксперименты и прививали себе чуму.
— И до сих пор не вылечились, — подхватил Игорь.
— Их близкие, — вставила Вера.
— Сдаюсь! — Костя поднял руки. — Приятно увидеть, что семя разума, которое ты пытался посеять в головах неразумных, попало на асфальт.
Улыбаясь, он слушал, как гости веселятся, подшучивая над врачами. И рассказал старый, но хороший анекдот на тему. Иисус Христос, раздосадованный тем, как плохо на Земле выполняют свои обязанности врачи, спустился, надел белый халат и стал сам вести прием больных. В его кабинет на инвалидной коляске въехал человек.
— Чего ты хочешь? — спросил Иисус.
— Как — чего? — возмутился больной. — Я всю жизнь прикован к этому креслу. Я хочу ходить!
— Так встань и иди! — изрек Иисус. Больной встал и на своих ногах вышел из кабинета.
— Как вам новый доктор? — спросили его в очереди.
— Такой же, как все, — ответил человек, — даже не осмотрел.
Глава 10
Утром Анна в дверях отдавала последние распоряжения детям, когда приехала сестра. Татьяна хотела в ее присутствии позвонить Василию. А еще лучше — закинула она удочку, — чтобы с Васей сначала поговорила сама Анна, подготовила его.
— Вот уж нет! — отказалась Анна. — Ты человеку жизнь испортила, а хочешь за меня спрятаться. Сама кашу заварила — сама и расхлебывай. Мне на работу пора.
Галина Ивановна вышла из соседней квартиры:
— Ты бы заглянула к Юре, что-то он плохо выглядит."
"Анна с досадой посмотрела на часы, не снимая плаща, с сумочкой в руках вошла в квартиру мужа.
Муж лежал в постели, с утра еще не вставал.
