Слава, у которого акушерская история от многих пересказов обросла массой выдуманных забавных деталей, сейчас не мог двух слов связать. Не мог он общаться с безучастным телом, ему даже трудно было представить, что эта шевелящаяся мумия — отец замечательного малыша.
Дарья, в отличие от мамы, чувствовала скованность взрослых и не понимала их. Ей объяснили, что папа еще нездоров. Ну и что, у нее тоже недавно живот болел, когда они с Колькой наелись зеленых яблок. Конечно, папа не такой, как был прежде. Но мама обещала, что он выздоровеет.
— Дядя Слава, между вами с папой дохлый бобик? — спросила Даша.
— Какой еще бобик? — насторожилась Анна.
— Это она от меня услышала, — пояснил Слава. — Со сменщиком конфликт вышел. Он в мое дежурство машину разбил, а отвечать мне.
— И в машине была ваша собачка? — уточнила Луиза Ивановна. — Как печально.
— Да нет, это выражение такое: между нами дохлый бобик, значит — поссорились.
— Слава, вы просто кладезь фольклорный, — покачала головой Татьяна.
— Он никогда при детях не выражается, — вступилась за мужа Марина.
“Дашенька, вот кто спасет наше застолье”, — подумала Вера и вслух спросила:
— Ты ведь была с бабушкой в Детском музыкальном театре? Поделись с нами впечатлениями.
— Весь спектакль простояла спиной к сцене, — пожаловалась Луиза Ивановна, — и в полный голос канючила: “Пойдем в столовую, бабушка!”
— Что же тебе не понравилось, дочь? — спросила Анна.
— Во-первых, они поют.
— И что в этом плохого?
— Взрослые тетеньки делают вид, что они маленькие мальчики, и, вместо того чтобы ясно разговаривать, скучно воют протяжными голосами.
Во-вторых, там по углам были такие служительницы, которые в разные моменты начинали хлопать, чтобы весь зал тоже хлопал.
— Ты, конечно, не хлопала? — спросила Вера, улыбаясь.
— Конечно, — подтвердила Даша, — а свистеть — меня Колька научил — бабушка не разрешала. Мне не нравится, когда меня заставляют хлопать, когда мне не нравится.
— Логично, — заметил Сергей, — мне бы тоже не понравилось.
Воодушевленная поддержкой, Даша продолжала:
— В-третьих, там хорошая столовая, ну ладно, буфет, буфет. И по стенам красиво развешано.
— Так не говорят — “красиво развешано”, — поправила Таня племянницу. — Что развешано?
— Картины разные из сказок. И шоколадки тоже с рисунками из сказок продают. Бабушка мне пять штук купила.
— Полпенсии, — вздохнула Луиза Ивановна.
— Я пойду братика проведаю. — Даша вышла из комнаты.
