Уродливая Любовь (ЛП)

Миссис Борден указывает в мою сторону, и Рейчел идет ко мне.

Чувствую, что ноги больше не способны удерживать меня в вертикальном положении.

Губы разучились шевелиться.

Рука отказывается подняться, чтобы представить того, кому она принадлежит.

Сердце забыло, что сперва нужно узнать девушку поближе, а уж потом рваться ей навстречу.

Как проза, любовное письмо, слова песни,

Я все повторяю и повторяю мысленно это имя, ибо уверен: оно принадлежит той, в которую я очень скоро буду влюблен.

Я встаю со стула, иду ей навстречу.

Кажется, улыбаюсь – делаю вид, будто не околдован этими зелеными глазами, наполняющими меня надеждой, что когда-нибудь они будут сиять лишь мне одному. Что не зачарован копной этих огненно-рыжих волос, которые выглядят так, словно их не касался ни один парикмахер с того самого момента, как Бог выдумал их специально для этой девушки.

Я говорю, что меня зовут Майлз. Что провожу ее в класс.

Смотрю на Рейчел во все глаза: она еще и слова не сказала, но ее кивок – лучшее, что я когда-либо получал от девушки.

Спрашиваю, откуда она.

– Из Аризоны. Город Феникс.

Не пытаюсь выяснить, что за причина побудила ее переехать в Калифорнию. Сообщаю, что папа часто ездит в Феникс по делам, он владеет там несколькими зданиями.

Говорю, что не был там никогда, но хотел бы съездить.

Рейчел вновь улыбается.

Кажется, она ответила, что это красивый город, но слышу я с трудом, потому что в голове у меня звучит лишь одно ее имя.

От ее улыбки тянет болтать без умолку, и когда мы проходим мимо класса мистера Клейтона, я как раз задаю ей новый вопрос.

Рейчел продолжает говорить, потому что я все спрашиваю и спрашиваю.

Она кивает, рассказывает, поет…

Да, больше всего это похоже на пение.

Мы доходим до конца коридора, когда Рейчел рассказывает, что не хотела покидать Феникс и надеется, что в новой школе ей понравится.

Похоже, она не рада переезду.

И ей даже невдомек, как счастлив я.

– А где же класс мистера Клейтона?

Не отрываясь смотрю на губы, с которых только что слетел этот вопрос.

Они у Рейчел неодинаковые. Верхняя чуть тоньше нижней, но пока она молчит, это незаметно. Пытаюсь осмыслить, почему слова звучат гораздо красивее, когда сходят с ее губ.

А глаза… Наверняка мир, который они видят, краше и безмятежней, чем мир в глазах других людей.

Несколько мгновений я молча смотрю на Рейчел, потом машу рукой назад и сознаюсь: мы прошли мимо.

Ее щеки слегка розовеют, точно мое признание действует на нее так же, как она сама на меня.