Но когда она обернулась и увидела того, кого приняла за слугу, она в шоке попятилась. В дверях, закрыв проем огромным телом, стоял Дариус Эвенвайс.
– Мистер Эвенвайс?! – ахнула Виктория и, не думая, заслонила собой Мару. Та в ужасе вцепилась ей в юбку при упоминании имени новоприбывшего.
– Добрый вечер, Рия, – проговорил он, растягивая гласные, вошел в гостиную и закрыл за собой дверь. – Или мне называть вас Виктория?
Виктория сделала шаг назад и натолкнулась на остолбеневшую Мару. Кровь отхлынула от ее лица. Свободной рукой Мара схватилась за ее плечо – почти до боли.
Эвенвайс улыбнулся:
– Но в таком случае вы, может быть, предпочитаете называться леди Бэйбери? Хотя мне кажется, мы так коротко знакомы, что подобные формальности ни к чему.
Виктория сглотнула и постаралась совладать с собой.
– Я совершенно не понимаю, о чем вы говорите. Хотя я и делю с Джастином ложе, меня еще никто не возводил в титул леди Бэйбери. Вы, наверное, меня с кем-то спутали. – Она взглянула на дверь за его спиной. – А как вам удалось проникнуть в комнату без представления?
Эвенвайс изогнул бровь.
– У меня в собственности находится большая часть доков, и это дает мне неоспоримое преимущество: в моем распоряжении всегда есть несколько человек, готовых оказать мне услугу за некоторое вознаграждение. За большое вознаграждение они даже не задают вопросов.
Мара ахнула и сделала один неверный шаг назад, но Виктория с дрожащими руками двинулась вперед:
– Что вы сделали с моими слугами?
Он рассмеялся:
– Не беспокойтесь, моя дорогая.
Даю слово, никто не покалечен. Только над дворецким пришлось поработать, чтобы другие не доставили хлопот. Но он придет в себя с головной болью, ничего больше. Остальные заперты в нижней кухне.
– Заперты? – выдохнула Виктория. – Зачем, ради всего святого, вам понадобилось запирать моих слуг?!
– Потому что я не хочу, чтобы мне помешали, Виктория, – протянул он.
Она вздрогнула, услышав свое настоящее имя из его уст во второй раз.
– Понятия не имею, почему вы так меня называете, – заметила она.
– Давайте не будем играть в игры. – Он склонил голову набок и улыбнулся ей, как несмышленому ребенку. – Вы оставили так много ниточек… Любой внимательный человек с легкостью заметит то, что вы так старательно отрицаете. А я, моя дорогая, с первой встречи следил за вами очень внимательно. – Его взгляд сделался похотливым и хищным. – Глаз не мог оторвать.
Виктория заставила себя не сводить с него взгляда, хотя ей очень хотелось отвернуться.
