Уроки подчинения или Это приличная Академия! 2

Ничего. Тогда Ной взял меня за запястье и указал на ладонь, в которой буквально светились линии силы.

— Давай, — сказал дядя Блейн. — А то скоро лопнешь. Ной, укрепление.

Я сделал медленный глубокий выдох. Удар должен быть мощным, но точным, иначе заденет Стеллу. К тому же, мне неизвестно, какую цепную реакцию он может вызвать, и чем это всё закончится.

— Эйлар! — рявкнул дядя Блейн. — Ты не резиновый!

Действительно, столько силы, сколько вкачивала в меня Стелла, вполно может вызвать самые неприятные последствия, но использовать всю эту мощь…

И тут я словно услышал её голос.

Я зарычал — и всё-таки выпустил силу прямо в барьер, вмешиваясь в его структуру, разрывая в ней связи. На какое-то мгновение он даже стал видимым, словно нарочно демонстрируя нам, как в нём рвутся хаотично расположенные нити, как они не выдерживают напряжения, и лопаются, одна за другой с каждым мгновением всё быстрее.

— Есть разрыв! — крикнул дядя Блейн и со всей силы навалился на проявившуюся дверь.

В это время подбежали и грозовые драконы.

— Мы к другому выходу! — крикнул старший. — Внутри кто-то есть!

И, поясняя свои слова, он поднял перед собой артефакт связи, в котором слышался чей-то кашель. Больше мы ничего не обсуждали. Разделившись на две команды, ворвались внутрь, двигаясь на голоса. А когда, наконец, оказались в большом тёмном зале, освещённым лишь каким-то магическим красным светом, то первое, что мне бросилось в глаза — это с трудом поднимающаяся на ноги почти полностью раздетая Стелла.

Какого чёрта здесь произошло?!

Она кашляла, а на светлой коже чернели кровоподтёки. Мы с Ноем синхронно бросились к ней, но только Ной склонился над Стеллой, быстро заговаривая её раны. Я же остановился в нескольких шагах от неё, потому что моё внимание привлёк другой человек: лежащий на полу, скрючившийся профессор Клэр.

— Что здесь происходит, профессор? — строго спросил я. Тот в ответ только тихо выл.

— Вырубите артефакт, — с явным трудом прохрипела Стелла.

Я вздохнул, схватил на всякий случай профессора за шкирку и поставил на ноги. Штаны у него сползли к самым щаколоткам, а сам профессор держался за своё хозяйство.

— Хорошая девочка, — хмыкнул я.