Уроки приручения, или Моя несносная команда. Часть 4

– Это метка твоего истинного дракона? – тихо спросил Дантэ, бесшумно подойдя ко мне сзади. Я неопределенно повела плечом. Меня разбирал смех. Истерика, скорее всего. Два цвета – два дракона. Зеленый – Лоран. Это Рыча так угораздило. А белый – Варгас. Похоже, наш фиктивный брак с Лео принес неожиданные плоды. И как теперь сообщить Дантэ, чтобы становился в очередь со своим укусом?

И вообще, какой бездны?

– Ты не дракон, – глядя на его отражение в зеркале, тихо произнесла я. – Но и не человек. Так кто же?

Злость на него все еще бурлила во мне, но часть меня хотела снова оседлать его и быть так близко, насколько это вообще возможно.

– А отец тебе не рассказал? – искренне удивился Дантэ. – Я оборотень. Так же, как и ты.

От удивления я даже повернулась к нему.

– Я дракон, – рыкнула я. – Не оборотень.

– Что? – выдохнул он и недоверчиво покачал головой. У него был такой взгляд, будто он впервые меня увидел. – Ты не в курсе?

– Не в курсе чего? – не поняла я. По спине проскользнул холодок дурного предчувствия.

Дантэ закрыл глаза и сделал глубокий вдох, прежде чем посмотреть на меня.

– Бэлла, – произнес он с такой интонацией, будто я была смертельно больна. – Ты действительно считаешь себя драконом?

– Я дракон и есть, – с возрастающим раздражением отозвалась я. – У меня чешуя, крылья и длинный хвост. А еще целая пасть острых зубов, которыми я откушу тебе голову, если ты не прекратишь говорить со мной таким тоном.

– О, Богиня! – он снова сокрушенно покачал головой. – Миа стелла! Как же так?

Мне захотелось его пнуть.

Наклонить и как следует впечатать тяжелый ботинок в его идеальную задницу. И это стало бы началом хорошей драки, от предвкушения которой у меня уже чесались кулаки. Этот Ромеро вел себя так, будто случилось что-то непоправимое. Зачем, в таком случае, было меня кусать?

– Скажи, бэлла, я у тебя первый? – неожиданно спросил он.

Он снова вздохнул так, будто ему требовалось все его терпение, чтобы продолжить этот разговор.

– Оборотень. Я у тебя первый?

– Я как-то не опрашивала своих любовников, – пожала плечами я.

 – Был один с половиком на груди, кажется, на спине у него тоже была шерсть. И на заднице. Да, он вполне мог оборачивать кем-то меховым каждое полнолуние, но мы с ним больше не встречались. Поэтому сложно сказать.

– Ты не понимаешь, бэлла, первый раз с оборотнем ты бы точно запомнила. После этого начинается трансформация. Твой первый оборот.

Если бы со мной случилось что-то подобное, я бы точно запомнила.