Уроки счастья

В пальцах сверкнул знакомый квадратик, и если раньше такие моменты вызывали мимолетный приступ неловкости, то сейчас… Я лишь выхватила его, с невозмутимым видом надорвала и одним движением применила, так сказать, по назначению. Смешно признаться, делала это первый раз в жизни, мда. Обычно мужчины без моей помощи справлялись, ну и вообще… Но сегодня мне не хотелось задумываться о причинах моего поведения в постели, как и анализировать собственные порывы. Я просто позволяла себе делать то, чего хотелось, и чего требовала ситуация, вот и все.

И это оказалось классно. Мне правда нравилось быть вот такой, смелой и откровенной, и видеть восхищение во взгляде Дани. Ощущение пронзительной открытости, когда вот так, глаза в глаза, невероятной близости пьянило не хуже крепкого вина, восторг накатывал волнами, рассыпая по коже щекочущие мурашки. Не разрывая зрительного контакта, я приподнялась, чувствуя, как гладкая головка скользнула по нежному местечку, задев клитор. Прикусила губу, пережидая очередную вспышку удовольствия, и медленно, смакуя каждое мгновение, опустилась. Мышцы тут же сжались, плотно обхватывая твердый ствол, добавляя яркости эмоциям и усиливая их, ноги сами раздвинулись шире, а бедра подались вперед, делая проникновение глубже, и с губ сорвался удовлетворенный вздох. Прикрыв глаза, замерла на миг, впитывая ощущения, предвкушая дальнейшее. Горячие пальцы Дани провели по чувствительной коже, оставляя шлейф из обжигающих искорок, и я слегка выгнулась, погружаясь глубже в наслаждение с каждой секундой.

А потом начала двигаться. Сначала медленно, позволяя напряженному члену почти выйти, после чего плавно опускаясь до самого конца, и снова, вверх-вни-из, дразня нас обоих… И это было настолько упоительно, сладко, что подводило живот и кружилась голова, тело словно жило отдельной от сознания жизнью, подчиняясь дремучим инстинктам. Уже мои руки скользили по изгибам, мимолетно приласкав обнаженную грудь, пальцы обвели торчащие вершинки, добавив ощущений. Ладони опускались все ниже, подбираясь к самому сокровенному, потому что хотелось больше, сильнее, ярче.

Для меня это вообще переход всех границ и чуть ли не выход в космос, потому как обычно я так прикасалась к себе только наедине с собой, никак не на глазах у мужчины. Слишком уж интимное и глубоко личное действо…"

"Сейчас, кажется, для меня перестали существовать внутренние запреты, и от этого в животе образовывалась гулкая пустота, к восторгу примешивалась самая капелька смущения и беспокойства.