Уроки вирта

И даже если толку от нее будет мало, сама фантазия о том, что я сейчас буду это все пробовать, горячила кровь.

Я помыла игрушку, руки, устроилась поудобнее на кровати, выключила свет, оставив только ночник, и уже приготовилась начать, но тут вдруг пришло сообщение на мой основной номер.

Сердце волнительно забилось.

А я уж думала, он утонул там в своем Тайланде. Написал только перед тем, как в самолет сел, а потом тишина. Но нет, не забыл про меня. Вот фотку прислал! На фотографии он был в одних только купальных плавках, красивый, смеющийся, а капли воды сверкали на его рельефном торсе.

Мечта, а не парень! Ниже шло сообщение о том, что с интернетом у него там в Тайланде сложности, но вообще все отлично и он скучает по своей сладкой куколке. То есть по мне.

Блин, вот слышать от него «малыш» и «детка» было нормально, возможно, там спасала сексуальная хрипотца в голосе и проникновенная интонация, но сейчас, когда я увидела в переписке эту «куколку», она показалась мне дивной пошлостью.

Но говорить я об этом, конечно же, не стала: просто послала много смайликов с сердечками и поцелуйчиками и написала, что жду его.

Потом еще раз посмотрела на фотографию и мечтательно вздохнула. Бог мой, какой все же Кашнов симпатичный! И какое у него шикарное тело! Просто грех не использовать это в своих фантазиях.

Я отложила телефон, прикрыла глаза, вызывая в памяти смуглые мускулистые руки и широкие плечи, затем достала «помаду», пристроила ее на нужное место и нажала кнопку.

Сначала ничего не происходило. Казалось только, что кожу чуть пощипывает, но это не приносило никаких ощущений. Не было ни больно, ни приятно. Я подождала немного и переключила режим. Волны усилились, и, кажется, теперь я начала понимать, в чем же тут фишка. Это ощущалось так, будто меня плавно и осторожно ласкали изнутри, из самого средоточия удовольствия. И каждый новый импульс накладывался на предыдущий, словно маленький камешек падал в чашку с водой, делая ее уровень все выше и выше.

Я сползла на подушке и прикусила губу, сдерживая стон. Щеки горели, по виску бежала щекочущая капелька пота, дыхание стало тяжелым и рваным. Мне не надо было ничего делать, эта штука сама творила с моим телом какие-то умопомрачительные вещи, добиваясь от него отклика. Очень хорошо, еще сильнее, вот так, еще, да… о господи!

От острой яркой вспышки удовольствия, прокатившейся по всему телу, я непроизвольно выгнулась и всхлипнула.