Уроки вирта

Никто не должен заметить, что со мной что-то не так, никто не должен… блядь! Что это нахрен за задания такие?!

Моим первым порывом было написать «нет» и послать Эла с его заебами куда подальше, но почему-то вместе этого я и правда пошла в туалет. А что такого? Может, мне приспичило?

Уже подходя к белой двери со схематичным изображением женской фигуры, я вдруг в порыве какой-то непонятной надежды снова выхватила телефон из сумочки, будто надеясь, что сообщение исчезнет или что Эл напишет «шутка!», но вместо этого увидела уточнение.

Меня мелко затрясло. Не то от страха, не то от еще каких-то непонятных мне самой ощущений.

Я промазывала мимо кнопок, потому что пальцы казались чужими и не слушались, но все равно отправила сообщение так, не исправляя. Надо будет — поймет.

Вот я молодец. Сама себе жизнь усложнила, а могла ведь просто написать, что да мол сделала.

Хотя нет, не могла бы. Эл, сука такая, каким-то образом успел за такое короткое время меня основательно изучить. И дело не столько в моей пресловутой хорошести, сколько в том, что это был вызов.

В конце концов, что в этом страшного? Да, юбка короткая, но не настолько, чтобы кто-то увидел, что я без трусов.

Я шагнула в кабинку, прикрыла дверь и подавила желание щелкнуть задвижкой. Уже началась пара, здесь не должно быть толпы народу, поэтому вряд ли кто-то будет ко мне ломиться.

От каждого скрипа двери, от каждого голоса там, в коридоре, от невнятного шума воды за стенкой охватывало диким ужасом, и одновременно с ним по венам растекалось что-то настолько остро-горячее и запретное, что меня крыло.

Я содрала с себя белье, запихнула комок шёлковой ткани в карман сумочки, одернула юбку, неосознанно пытаясь натянуть ее ниже и выскочила из кабинки. В туалете никого, кроме меня, не было. Можно идти.

А нет, еще же это долбаное фото.

Чувствуя, как странный жар зарождается где-то под солнечным сплетением и горячей лавой течет по жилам, охватывая все тело, я вернулась в кабинку, достала телефон и сделала кадр. Резинка белых чулок с черными полосками, край задранной юбки и молочно-белая кожа бедра, на которой еще был виден рифленый след от кружевного края трусиков.

Надеюсь, Эл будет доволен.

Когда я шла между парт к своему месту, мне казалось, что все смотрят на меня.