Уроки вирта

При мысли о том, как я на полном серьезе разминаю резиновым вибрирующим членом затекшие мышцы шеи, меня пробило на такой ржач, что я даже подумала написать об этом Элу. Мне почему-то казалось, что он бы тоже посмеялся. Но потом я решила, что это чересчур, так что просто сфоткала коробку, отправила в наш с ним чат и написала огромными буквами «спасибо» вместе с кучей стикеров.

— Дина! Ты там уснула что ли? — закричала мама, голос уже звучал раздраженно. — Скоро папа с работы придет! Поставь хотя бы воду на макароны.

— У меня тетради всей параллели одиннадцатых с контрольной по генетике, мне некогда!

— Да иду я, иду, ладно уж, — пробурчала я, переодеваясь. Сегодня я ходила в универ в узких серых джинсах и вишневом свитере на одно плечо, и так себе во всем этом нравилась, что даже сделала пару селфи, хотя это обычно за мной не водится. А еще хуже было то, что мне захотелось отправить эти фотки Элу. Зачем? А фиг знает. Захотелось и все.

Хорошо, что я быстро включила мозг, объяснила сама себе, что это самая идиотская в мире идея и отправила селфи Олегу.

Он в ответ кинул мне свои пляжные фотки, на на одной из них был виден край чьей-то задницы в розовых трусах, и это меня немножко напрягло, если честно. Самую малость подпортило настроение, так что продолжать нашу переписку уже не хотелось.

Спрятав коробку под кровать, я помчалась на кухню, побыла ответственной дочерью — сварила макароны и порезала салат — потом поужинала с родителями и начала сильно ждать десяти часов. В девять утомленная тетрадками мама ушла в спальню, папа же еще минут тридцать сидел в зале, смотрел какой-то криминальный сериал по телевизору и только потом широко зевнул и пожелал мне «спокойной ночи».

Я пулей помчалась в ванную. Зубная паста, пенка для умывания, теперь ополоснуться под душем…

Блядь. Нет, да не может этого быть!

Я с отчаянием смотрела на окрашенную красным воду, убегающую в слив. Еще же через три дня только должны были начаться! Какого хрена? Я ведь уже с Элом договорилась, он меня между прочим ждет!

Но тут живот так знакомо потянуло, что сомнений уже никаких не осталось: меня феерично подставил мой собственный организм.

Сука! И я разрыдалась прямо там — под душем.

Из ванной я выползла через десять минут в соплях, слезах и в любимой пижаме с медвежатами. Хотелось убивать и мороженку. Наверное, мороженку даже хотелось чуть больше.

Как раз когда я вошла в спальню, позвонил Эл.

— Привет, — гнусаво сказала я и хлюпнула заложенным от рыданий носом.