Урсула. История морской ведьмы

А потом, я думаю, он с помощью своей магии пробудил во мне силы, заставившие меня раскрыться перед людьми. То, как они отнесутся к такому перевоплощению, он тоже прекрасно просчитал и точно знал, что милые добрые горожане без лишних проволочек постараются убить меня. Я очень-очень удивлюсь, если вдруг окажется, что не это было целью моего братца! Но вместо меня погиб мой отец — вы думаете, Тритону было до этого какое-то дело? Нет, конечно. Всем известно, с каким презрением относится Тритон ко всем людям.

Между прочим, он не стал бы осуждать меня и за ТО, что я уничтожила Ипсвич. Плевать ему на этот городишко. Нет, он разозлился на меня за то, что бывшие жители Ипсвича, которых я превратила в морских чудовищ, «загрязнили», как он выразился, его драгоценное царство. Не любит он человеческих гибридов-полукровок, понимаете ли!

Урсула перевела дыхание и продолжила:

— Послушайте, но где же в таком случае справедливость? Наверняка вам известны знаменитые истории о том, как Тритон разгневался на людей, когда те стали вторгаться в его морское царство.

Эти легенды еще древние греки рассказывали. Он сам топил и людей, и их суда, и ураганы насылал на прибрежные города — ему, значит, можно. А когда я разорила одно-единственное городишко, Тритон сразу объявил меня злобной сумасшедшей ведьмой, которая совершенно не достойна того, чтобы занимать место рядом с ним на троне! Преступницей меня объявил, чтобы одному морским царством править! А вскоре Тритон и память моего погибшего отца начал оскорблять. Кричал, что ничего иного, как такая смерть, мой отец и не заслуживал. Почему? Да потому, что убил множество рыб — а их Тритон тоже считает своими подданными, — и, следовательно, не имел должного страха перед морскими богами.

— Тритон сказал, что твой отец заслужил, чтобы его разорвали на клочки? Но он же защищал тебя! — в унисон воскликнули сестрички.

— Тритон цеплялся за любую возможность очернить и моего погибшего отца, и меня саму, потому что опасался моей силы, — сказала Урсула.

 — Заявил, что пришел в ужас от того, что я сделала в Ипсвиче, но на самом деле он просто боится меня. Боится, что мне под силу сделать то же самое и с его собственным царством!

И она продолжила, все больше распаляясь.

— Я не думаю, что Тритон когда-либо собирался признавать меня своей сестрой, и долго не понимала, зачем он вообще стал настаивать на том, чтобы я вернулась в его царство.