Усадьба леди Анны

-- О делах? – пришел черед мадам Линель удивляться и уточнять: -- У вас есть ко мне дело, ваша светлость?

-- Да, – кратко ответила герцогиня и не пожелала пояснять. – Я слушаю вас. Вы писали в письме, что вам требуется какая-то помощь.

В роли просительницы мадам Леруан выступать не любила. Сильно не любила. Хоть и прошло много лет с тех пор, как она взяла в свои руки финансовые дела семьи, но она прекрасно помнила, как приходилось общаться с ростовщиками, как приходилось часами натаскивать тупого ко всему, кроме развлечений, мужа, объясняя ему, что и как нужно сказать, какие расписки и почему требуется переоформить.

Она тяжело вздохнула. Дочь была единственным родным человеком, ради которого мадам была готова просить:

-- Ваша светлость, я хотела бы устроить к вам фрейлиной свою дочь, Фелицию.

-- Ах вот оно что…

-- Да. Ей всего шестнадцать лет, она умна и хорошо разбирается в делах. Прекрасно считает и ведет большую часть бухгалтерии. Но она – дикарка, ваша светлость. Стесняется своей внешности, никогда не выходит к гостям, проводит дни за бумагами… Она… Будем честны, мой брак… Он оказался не самым удачным.

Фелиция видела и понимала это с детства. Теперь она заявляет, что не выйдет замуж никогда. А я не могу принуждать ее.

-- Мадам Леруан, не подумайте, что я отказываю вам… Но вряд ли в моем окружении ваша дочь найдет себе мужа. Я приглашаю к себе или семейные пары, или совсем уж пожилых мужчин, которые не годятся в мужья столь юной особе.

-- Нет, ваша светлость, нет.

Прошу прощения, но вы меня не так поняли. Я не собираюсь сейчас искать ей мужа. Я хотела бы, чтобы девочка научилась общаться. Не только разговаривать о расчетах и договорах… -- мадам сделала беспомощный жест рукой, как бы показывая, что общение подразумевает много интересных тем -- … Вот обо всем на свете! Понимаете?

-- Пожалуй, да. Понимаю. Но почему она у вас такая? Она дурна собой? – слова вырвались, и Анна тут же почувствовала неловкость, мгновенно пожалев о сказанном.

– Простите, мадам Леруан, я просто хочу понять, в чем дело.

-- Она вовсе не уродлива! – казалось, мадам сейчас крепко разозлилась, но быстро взяла себя в руки.

-- Простите еще раз, я сказал не подумав, – Анне было неловко, а вот мадам Леруан только кивнула головой, про себя подумав: «Ляпнула – это даже хорошо! Неприятно, но хорошо! Теперь ей труднее будет отказать мне.»

Договорились, что Фелиция выйдет к ужину, и тогда герцогиня решит.