Усадьба ожившего мрака

«Встречаемся в Париже» было выведено в ней стремительным почерком. Стелла любила эпатаж.

И вот он в Париже, пьет кофе за столиком для курящих. И вот она за его спиной. Он уже пять минут назад почуял аромат ее любимых духов, но не оборачивался, не хотел портить ей удовольствие от сюрприза.

– Привет, несравненная!

Он встал, подставляя Стелле щеку для поцелуя.

Она и в самом деле была несравненная.

Годы были почти не властны над этой удивительной женщиной. Если бы она закрасила седину, то выглядела бы, наверное, еще лет на двадцать моложе. Но Стелла была европейской дамой, к седине относилась спокойно, как это принято нынче выражаться, «топила за естественность». За роскошную естественность, если уж быть до конца честным.

Несколько мгновений они просто разглядывали друг друга, а потом Стелла закурила свою тонкую папироску и, выдохнув сизое колечко дыма, сказала:

– Грегори, я нашла ее! Нам нужно возвращаться!