— Что мне могут сделать? — удивляюсь.
— Поставить молодого парня в ситуацию, в которой он будет не виноват, но по закону совершенно виноват — не очень сложно, — почти усмехается Кошкин. — Я уверен, что какое-то движение в вашу сторону уже происходит. А сейчас вы на виду. Разве что на территории Академии у ваших недругов руки немного связаны.
— Да, и покушения что-то почти прекратились, — шучу.
— Именно, — не поддерживает мой тон Кошкин. — Именно на вас — прекратились. А ведь ситуация не разрешилась. Причины не устранены.
Значит — подозрительно. Вот что, Максим, поодиночке больше не ходите. У тебя должна быть охрана или должен быть сопровождающий человек, которому ты доверяешь. И да, на всякие крики из подворотни «помогите, спасите!» — лучше не реагировать. Это будет правильнее. Или реагируйте, но не самостоятельно. Посылайте туда своих охранников. Бравада и личное геройство на некоторое время не для вас, Максим.
— Всё так плохо?
— Нет, ну что вы! Всё ещё хуже. — почти усмехается Кошкин.
— Вторая шутка за день.
Я вам удивляюсь, Борис Васильевич.
— Ну а что вы хотели? Я попал в стены своей молодости, и они на меня влияют, — опять почти улыбается Кошкин.
Глава 22
Дневник Останина дальше не открывается. Всё-таки нужна ещё пятая книга. Некоторые ответы в его опроснике я вроде бы знаю, но дневник их не принимает.
С лёгким неудовольствием откладываю книги, до завтрашнего дня ничего лучше сделать не могу.
— Что, не получается? — спрашивает у меня Хозяин Арены.
— Да, — соглашаюсь.
— Тут зашифрованный дневник. Мне нужны довольно специфические знания, чтобы его открыть. А нужную книгу я получу только завтра.
— Ничего, получишь же. Было бы сложнее, если бы ты даже не знал, где ее взять, — кукле Хозяина Лабиринта мои сложности безразличны и даже не интересны. Но это и понятно.
— Здесь ты прав. — опять соглашаюсь.
— А что у тебя с конструктами големов? А то ты как-то подзабросил эту тему. И у меня ничего не спрашивал. — проявляет легкий интерес к моей деятельности существо.
И это я чувствую.
— Нет, не подзабросил. Работаю просто в не очень интенсивном режиме. Дневник сейчас важнее.
— Ну сейчас-то, ты все равно в нем дальше не продвинешься, я тебя правильно понял?
— Да, — соглашаюсь снова.
— Тогда показывай, что сейчас у тебя есть.
Я рассыпаю десяток шариков, и они собираются в простейшего голема. Нечто собакообразное тупо стоит на песке арены.
— Это ты мне уже в прошлый раз показывал. — ровно говорит кукла Хозяина.
