Пойдёмте, я провожу вас в гримерку. Вы там переоденетесь, а я пока настрою аппаратуру.
Все втроём мы последовали по коридору. Регина показала где и что находится в гримерке, и оставила нас одних.
— Думаешь я буду переодеваться при тебе? — глядя на него с дерзкой усмешкой, спросила я.
— Я твой единственный зритель, — но на его лице не было и грамма радости.
Он смотрел на меня задумчивым взглядом.
— Хочешь сказать снял всю студию ради такого случая? — совсем непросто было сохранять такой же равнодушный вид, какой он на себя напустил, потому что я испытывала совсем другие чувства.
— Да, — тихо ответил он, — у этого фотографа очереди расписаны на пол года вперёд. Но на сегодня я выкупил всю эту студию целиком. И если ты не хочешь, чтобы я смотрел, как ты переодеваешься, я выйду.
Не помню, что бы видела у него что-то в руках в момент нашей встречи, но каким-то чудесным образом сейчас в тех оказался яркий сверток. Смолов поставил картонный пакет на небольшой столик, развернулся и вышел.
Оставшись одна, я подошла к столу и присела на край стула, смотря на свое отражение.
Ведь я все решила, верно? Верно. И Смолов думал… Интересно, о чем он вообще думал? И думал ли? А чем думала я? Но мужчина вышел из комнаты, а вместе с его уходом рассеялся и шлейф эйфории. Меня всю потряхивало от осознания, что желала его ничуть не меньше, чем он меня. Впервые за все время нашего общения мне больше не хотелось никакого противостояния. Я не хотела никаких игр."
"Резко поднявшись на ноги, я вышла из комнаты, направляясь на выход.
В коридоре никого не оказалось. Смолов стоял в фойе, и вложив руки в карманы брюк, смотрел в окно. Я проскочила мимо него, толкнула дверь и выбежала на улицу, на ходу натягивая на себя пальто. Не знаю, как могла вообще позволить ему даже подумать, что буду щеголять перед ним в одном белье и при этом улыбаться на камеру, вставая в разные позы.
— Ты далеко? — мужчина настиг меня почти сразу и схватил за руку.
— Я не буду оголяться перед тобой! Что за дурацкая идея и игры? Все, что думаю на твой счёт я уже сказала тебе в прошлый раз, и мнения своего не поменяю.
Ты пустышка! Ты привёл меня сюда, чтобы самоутвердиться за мой счёт. Ты… Ты…
Рома притянул меня к себе, а его губы впились в мой рот поцелуем. Пальцы отодвинули полы пальто и пробрались под пиджак, сомкнулись на талии и сжали с такой силой, что я охнула в его рот. Поцелуй был жестким и требовательным, у меня совсем мозги перестали работать, и я уже практически едва стояла на ногах.
