Утес чайки

Дэвид подался вперед:

– Итак, вы журналистка-фрилансер из Лондона… Должно быть, жесткая конкуренция?

– Да, но у меня достаточно прочное положение, – ответила Кейт.

Она почувствовала, что упустила последний момент, когда можно было без последствий отказаться от легенды с журналистикой. Теперь Дэвид почувствовал бы себя одураченным.

«Знаете, а на самом деле я детектив-сержант из Скотланд-Ярда. И мой интерес к пропавшим девочкам носит профессиональный характер. Вы в списке подозреваемых, поэтому я и заявилась к вам сегодня утром…»

Кейт проглотила эти слова в последнюю секунду.

Не хотелось портить настроение вечера. Придется придерживаться прежней версии. Так или иначе, она больше не увидит Дэвида Чапленда, так что, журналистка она или полицейский, не имеет большого значения. Хоть продавщица из «Хэрродс».

Однако, чтобы не лгать слишком бесстыдно и много – а также потому, что имела слабое представление о работе журналиста, – Кейт перевела разговор на доставшийся по наследству дом и ужасных арендаторов, которые там всё разгромили.

Дэвид ей сочувствовал:"

"– Это кошмар. Мне приходилось читать о подобных случаях, но я впервые встречаю человека, с которым это произошло в действительности. И вы совершенно не представляете себе, куда могли подеваться эти люди?

Кейт покачала головой:

– Совершенно. Полиция дала понять, что надеяться особенно не на что. Вряд ли им удастся выследить эту пару. Придется одной нести все расходы.

– Расходы – одно, – сказал Дэвид, – но, думаю, это нелегко далось вам в моральном плане.

Это ведь серьезная травма, насколько я понимаю? Дом, где вы выросли и который считали своим… Это не могло пройти для вас бесследно.

Кейт смотрела на него как зачарованная. Редко кто так понимал ее привязанность к отцовскому дому, а также к отцу, матери, детству. К чувству защищенности, которое Кейт так и не смогла обрести нигде в другом месте. Обычно она прятала это от людей из опасения выглядеть в их глазах странной. Когда женщине за сорок, привязанность к прошлому указывает скорее на недостатки нынешней жизни.

Одиночество, отсутствие друзей и мужчины, непризнанность среди коллег… Жизнь Кейт напоминала экономическую систему социалистического государства – все работает, но только на то, чтобы не рухнуть, держаться в движении. На большее не хватает ресурсов. И никаких избытков. Никакого «сверх», что время от времени могло бы вызвать ощущение непредвиденного счастья, почти чуда.

– Вы правы, – согласилась она с Дэвидом.