Утес чайки

Пленка пота, покрывавшая лицо. Последнее беспокоило больше всего, потому что остального никто не замечал, кроме Калеба. Руки можно спрятать, а вот пот… И те из его окружения, кто знал о проблеме, сразу всё понимали.

Калеб не мог принять свою реакцию на алкоголь. Оставалось мысленно подготовиться к ней, не имея ни малейшего понятия, как это можно предотвратить.

Чапленд достал из буфета бокалы и потянулся за бутылкой:

– Глоток вина?

Калеб сделал защитное движение, слишком резкое и нервное:

– Нет, благодарю. Я все еще при исполнении.

– Жаль. Замечательное вино, юг Франции…

– Тем не менее.

Пот, горячий и липкий, залил лицо. Рот в считаные секунды пересох, превратившись в колючую полость, заполненную разбухшим языком. Калеб изо всех сил пытался сглотнуть, преодолевая желание утереть лицо платком. Он боялся, что это привлечет еще большее внимание к его состоянию. Руки тряслись, и довольно сильно. Это тоже стало бы заметно со стороны. В конце концов его собеседник правильно понял ситуацию, налил себе бокал и встал у плиты, помешивая томатный соус.

– Садитесь, инспектор. О чем пойдет речь?

Калеб застыл на месте. Сесть означало приблизиться к откупоренной бутылке, что могло бы усугубить симптомы.

– Об Амели Голдсби, – ответил он. – Она снова пропала.

Калеб внимательно следил за лицом Чапленда. Первым, что он увидел, было изумление. Чапленд выглядел озадаченным, но не как человек, уличенный в преступлении.

– Пропала? Опять?

– Мы подозреваем, что ее похитили. Преступник, для которого она представляет угрозу, потому что может его опознать и разоблачить.

– Понимаю… – Кивнув, Чапленд сделал хороший глоток из бокала. – Ужасно. Когда это произошло? Неужели ее не охраняли?

– Охраняли, но… Неудачное стечение обстоятельств. До сих пор непонятно, кто мог знать о том, что она там. Но мы должны исходить из того, что кто-то об этом знал.

– Боже мой… – Чапленд провел рукой по волосам. – Бедная девочка, бедные родители…

– Мистер Чапленд, вынужден вас спросить, где вы были сегодня между половиной пятого и половиной шестого?

На лице Дэвида отразилось изумление, быстро сменившееся осознанием того, что он все еще в списке подозреваемых, даже если до сих пор в центре внимания полиции был другой.

– Я был здесь, – ответил он. – Дома.

– Уже в половине пятого? У вас офис в гавани. Во сколько вы ушли оттуда?

– В половине четвертого. Это рано, но зимой у меня не так много дел. Кроме того, бóльшая часть вопросов решается через интернет, из дома.