Утес чайки

Кейт решила выразиться конкретней:

– Вы знаете, что Ханна пропала? Вот уже четыре года как…

– Ханна пропала.

– Да, и давно. Вы были последней, кто ее видел. Она гостила в вашей квартире в Халле. Тогда вы еще жили там.

– Ханна пропала.

Леонора говорила медленно, растягивала слова. Кейт предположила, что она принимает лекарства, сильные антидепрессанты или успокоительное. По-видимому, этот визит ничего не даст. Леонора Касуэлл не в себе. За это время у нее успела сложиться хорошая система психологической блокировки.

Кейт решила попробовать зайти с другой стороны:

– Я разговаривала с Райаном, вашим сыном.

– Он хороший мальчик, – пробормотала Леонора.

У Кейт на этот счет было другое мнение, которое она решила держать при себе.

– Каким он был отцом? – спросила она. – Вы помните, как Райан обращался с Ханной?

Леонора как будто приободрилась. Во всяком случае, оживились ее глаза. Наверное, ей требовалось время, чтобы освоиться с обществом Кейт. Неудивительно для женщины, которая месяцами только и делает, что дремлет в кресле и не слышит ничего, кроме «доброго утра» и «доброго вечера».

– Райан любил Ханну, – проговорила она. – Очень любил.

– Я слышала, он бывал строг с ней?

– Он любил ее.

– Миссис Касуэлл, как вы думаете, Ханна могла убежать из дома?

Леонора еще раз прокрутила в голове вопрос.

– Нет, Ханна не убежала.

– В таком случае, что же произошло, как вы думаете?

– Я не знаю.

– Но вы, наверное, задумывались об этом? В тот день вы встретились с Ханной… как она себя вела?

– Вполне дружелюбно, как всегда.

– Она боялась отца?

Леонора покачала головой:

– Нет.

– Может, кого-нибудь другого?

– Нет.

– Вы знаете Кевина Бента?

Леонора наморщила лоб. Она, конечно, слышала это имя в связи с исчезновением внучки, но не могла припомнить ничего определенного.

– Я его не знаю.

– В тот день Ханна вам о ком-нибудь говорила? Может, упоминала друга, подругу…

– Нет.

Кейт задумалась. Леонора Касуэлл не сказала ей ничего нового. Возможно, потому что сказать ей было нечего.

– Райан хороший человек, – вдруг сказала Леонора. – Он не сделал ничего плохого.

– А кто говорит, что он делал плохое? – спросила Кейт. – Есть кто-то, кто так говорит?

Взгляд старухи соскользнул куда-то в пустоту.

– Чемберфилд, – сказала она.

– Чемберфилд? Это человек или учреждение?

– Он не был злым.

Кейт достала из сумочки блокнот и ручку и записала: «Чемберфилд».