Утоли мои печали

– Это такой крытый рыбный пирог! – пояснила девушка и зашебуршилась рядом с ним, явно намереваясь вылезти из кровати. – Фирменный, между прочим.

Она достигла края кровати, спустила ноги, зажгла неяркий ночничок на тумбочке, в тусклом свете которого Вершинин увидел абрис ее фигурки. Встала, обошла кровать, подобрала с пола простыни, одну кинула ему, во вторую завернулась сама.

– Все, кто пробовал, утверждали, что очень вкусно. Он должен был бы стать одним из украшений юбилейного стола, но я так разволновалась перед этим разоблачением, что хлеб взяла, а про пирог совсем забыла.

Он там так и стоит, – и спросила, усмехнувшись и привычно чуть склонив головку к плечику: – Хочешь попробовать?

– Это провокация! – прорычал Вершинин, рывком вскочил с постели, ухватил Марьяну и закинул ее себе на плечо. – Говори, куда идти, женщина!

Они сидели в кухне, Марьяна заварила свежий чай и разрезала пирог, распространявший такие ароматы, что у Вершинина рот наполнился слюной, а в животе прихватывали голодные спазмы.

А она, выбрав из середки самый смачный и большой кусок, положила его на красивую расписную тарелку и поставила перед Вершининым на стол, продолжая рассказывать историю этого кулинарного шедевра.

– Рецепт рыбника привезла моя подруга Полина из глухой деревни, расположенной на Енисее, где они были в этнографической экспедиции. Готовить его научила одна древняя старушка, а той рецепт перешел от ее мамы и бабушки.

Тут весь секрет в том, что делают его из енисейского налима. Полине знакомые пересылают иногда несколько штук замороженных, в основном зимой, но она их хранит в морозилке глубокой заморозки, а мне в честь юбилея Глафиры Сергеевны вот дала одного. Они же здоровенные бывают, рыбины эти. Но я рецепт несколько усовершенствовала… – и замолчала, заметив выражение его лица. – Что? – Не поняла Марьяна реакции мужчины.

А Григорий тем временем, под ее рассказ, отхватил добрый кусман пирога и с голодным энтузиазмом принялся разжевывать, а когда прочувствовал вкусовые оттенки, откусил еще раз и стал прислушиваться к ощущениям, уже неторопливо жуя и смакуя, – и обалдел! Вкуснота была какая-то необыкновенная.

Начинка-то да, вкуснища однозначная! Но само тесто необычное, и такое потрясающе вкусное, ну просто зашибись какое…

– Это… – не находя слов, развел он руки в стороны, откусил еще кусок, разжевал, запил чайком.