Утоли мои печали

И сорвались прямо на пороге в исступленные поцелуи, когда поздно вечером пришли в дом, и не могли оторваться друг от друга и перевести дыхание. Остановились, замерли, только когда оказались в постели и смотрели друг на друга, тяжело дыша от желания и возбуждения и… и снова ухнули в свою взаимную страсть…

– Почему ты… – начал спрашивать о чем-то Григорий и не договорил, подбирая слова, не зная, как правильно сформулировать вопрос.

Уже совсем глухой ночью, после короткого сна, сразившего их обоих наповал сразу же за стремительным и ярким соединением и после второго – нежного и чувственного, когда они проснулись и лежали расслабленные и разнеженные, ему вдруг захотелось узнать, понять…

– Помощь нужна? – усмехнулась Марьяна.

 – В формулировке.

– Да, как-то с ней сложно, – хмыкнул он и, сразу же сделавшись серьезным, предпринял вторую попытку: – Я хотел спросить, почему ты ни разу не задала мне вопроса: когда я приеду, есть ли у меня женщина и что между нами происходит, какие отношения? В том смысле: почему никогда не пытаешься выяснить, что я к тебе испытываю и какие у меня намерения? Да вообще! – раздосадовался он на свое косноязычие и дурацкие подростковые вопросы, по какой-то причине так сильно его волновавшие.

От этого раздражения Григорий резко сел на кровати и, закинув подушку себе за спину, недовольно посмотрел на Марьяну.

– Что-то я туплю с вопросами, – проворчал он и сделал очередную попытку. – Обычно женщинам всегда надо выяснить статус отношений с мужчиной, кем он ее считает: подругой, любовницей, просто партнершей по сексу, невестой или женой.

Вам ж, женщинам, это необходимо. И вы всегда пытаетесь торопить мужчин и события – он еще об этом не думал, а вы уж конкретики требуете. Почему же ты ни разу ни о чем таком не спросила, даже не намекнула? И не попыталась выяснить, что я к тебе испытываю, какие у меня планы в отношении тебя и нас вообще? Особенно, когда столкнулась с моим яростным нежеланием ничего обсуждать на расстоянии. Нет, мне просто интересно! – увидев, как она начинает иронично улыбаться, поспешил уверить Григорий, и вдруг его посетила еще одна мысль. – Или тебя, что, устраивает такое положение дел, какое есть: то, что я приезжаю, когда мне удобно, мы проводим время вместе, занимаясь потрясающей любовью, и я уезжаю, когда мне надо, без всяких обязательств? – Отчего-то эта мысль неприятно кольнула Вершинина.