Утопающий во лжи 7

Механоид было на одно мгновение хотел повернуть голову в мою сторону, при этом не разворачивая тела, но вовремя опомнился, что рядом есть свидетели, и начал разворачиваться полностью. Но даже так я уловил эту незначительную деталь. А ведь этот дроид пытается выдавать себя за гоблина в экзокостюме!

— И что же Вы мне сделаете, тысячник Афет? — тоже с явно заметной угрозой в голосе лязгнул металлом механоид.

В этой ситуации несчастный Кабул вообще не знал, куда себя деть. Ведь мистер Акаши, судя по его мыслям, был одним из полномочных представителей совета директоров орбитальной станции, и всего мира МаорЗашэ.

— А ты что, бессмертный, мистер Акаши, раз так дерзишь целому тысячнику, прожившему сотни лет, при том что твои характеристики, даже опосредовано по движениям тела, примерно равны сорока единицам? И раз у тебя нет магического дара, а его я не чувствую, открыть прокол ты никак не сможешь, в отличие от меня.

Во время моих слов проход в кабинет зарос толстым слоем льда, отсекая возможность побега дроида.

Окон же в кабинете не было изначально. При этом механоид явно не испытывал страха, наверное, потому, что он действительно был бессмертен. Хотя и заметил он, что кабинет покинуть теперь невозможно, далеко не сразу. Вот только сможет ли он позволить себе продемонстрировать здесь своё растерзанное металлическое тело? Тут никоим образом не удастся представить свои останки, как тело скального гоблина.

Когда сделка пошла не по плану

Но, хвала Системе, ускорился механоид не для того, чтобы атаковать меня, а скорее для увеличения своих вычислительных возможностей.

Во всяком случае, мне показалось именно так. К тому же в своих силах я был уверен. Энергии вполне достаточно для того, чтобы сдержать и куда более опасного противника. Да и вернуться на осколок я мог в любой миг. Ко всему прочему, сутки уже прошли, а значит и активировать демоническую форму я снова мог буквально в нужный момент.

— Прошу прощения, тысячник Афет, я действительно был слишком груб и возмутительно неучтив, — казалось, с трудом оставаясь вежливым и сдерживая ярость, произнёс механоид, — чем я могу исправить эту нелепую ошибку?

— Ничем, — надменно произнёс я, тем временем превращая в ледяную пыль магическую преграду, — можешь быть свободен, но я не забуду твоей дерзости, знай об этом.

Прямо на моих глазах успокоившийся механоид тем временем явно с кем-то интенсивно общался.