Уцелевший

Эти убийства и самоубийства они называли «отбытием».

— Члены «Ордена храма Солнца» сжигали себя заживо, облившись бензином. Они взрывали пропан, потому что, по их поверьям, взрыв унесет их на Сириус, к вечной жизни. — Он тычет пальцем в ночное небо. — По сравнению с этим в Церкви Истинной Веры все прошло очень культурно и чинно.

Я спрашиваю, а они ничего не предвидели в плане, что среди уцелевших из Церкви Истинной Веры найдется такой человек, который примется выслеживать и убивать всех остальных уцелевших?

— В смысле, еще один уцелевший, кроме тебя? — переспрашивает агент.

— Который убивает людей, говоришь?

Агент смотрит в окно, на огни Нью-Йорка, что проносятся мимо, и говорит:

— Сектант из Церкви Истинной Веры — убийца? О Боже, надеюсь, что нет.

Глядя на те же огни за тонированным стеклом, на звезду Сириус, на свое отражение с губами, испачканными в шоколаде, я говорю: ага. И я тоже.

— Вся кампания основана на посылке, что ты — последний из уцелевших, — говорит он.

 — Если есть кто-то еще, тогда мы лишь зря тратим время. Если есть кто-то еще, вся кампания — коту под хвост. Если ты — не последний из уцелевших из Церкви Истинной Веры, ты нам вообще ни к чему.

Он открывает портфель и достает коричневый пузырек.

— Вот, — говорит он. — Прими парочку серенадона. Самое лучшее успокоительное.

— А ты притворись, что есть, — говорит он. — Эффект плацебо. — И вытряхивает мне на ладонь две таблетки.

Потом люди скажут, что это все из-за стероидов.

Мол, из-за них-то я и сошел с ума.

Мифепристон, французский препарат для медикаментозного прерывания беременности.

Швейцарский пленастрил.

Португальский мастерон.

Все это — настоящие анаболические стероиды, а не просто запатентованные названия для будущих препаратов. Стероиды для подкожных инъекций, стероиды в виде таблеток и трансдермальных пластырей.

Все будут абсолютно уверены, что я повредился рассудком именно из-за стероидов, и угнал самолет, и лечу теперь над океаном, пока не убьюсь.

Как будто они что-то знают о том, каково это — быть знаменитым духовным лидером. Как будто они уже не подыскивают для себя нового гуру, который внесет хоть какой-то смысл в их надежную скучную жизнь, защищенную от любого риска, пока они будут смотреть новости по телевизору и обвинять меня во всех смертных грехах. Так устроены люди. Каждому нужно, чтобы кто-то держал его за руку. Чтобы кто-то его утешил. Пообещал, что все будет хорошо.