Ну а дальше… дальше вы уже знаете.
* * *"
"- Ну что, когда приступаем к выполнению плана? – Ксюха явилась по мою душу ни свет ни заря. И теперь сидела на кухне, деловито подпирая снизу перекрещенными руками свой и без того выдающийся пятый размер. Настолько выдающийся, что Лёня, в те времена, когда еще жил с родителями, а Ксюша приходила ко мне в гости, регулярно впадал в ступор.
- Ксюш, ну ты чего? – я вяло варила кофе. - Я вчера пьяная была…
- А ты своего Данечку только пьяной любишь?
Я одарила подругу печальным похмельным укоризненным взглядом, но он не произвел на Ксюху ровным счетом никакого впечатления.
Тут, наверное, надо сделать лирическое отступление – потом не до них будет. И рассказать о Ксюше.
С Ксюшкой Мельниковой мы живем в соседних домах и дружим еще со школы. Дружба наша, можно сказать, прошла испытанием временем. Ксюша, слава боже, тоже не из технарей – она у нас вообще простых ремесел мастер. То бишь - кулинар. В том смысле, что имеет высшее пищевое образование и в свои довольно молодые годы уже преподает – в кулинарном техникуме.
Я ее очень люблю, правда. Она веселая, позитивная и жгучая брюнетка с карими глазами. И готовит она… это вот тот случай, когда сапожник с сапогами. Глядя на Ксюху на кухне, я понимаю, что к любому делу есть талант. Вот у нее талант – еду готовить.
Правда, Ксюшка считает, что этот талант – ее проклятие. Ну потому что она во всем позитивная. В том числе, и боди. Она, конечно, не признается, что ее парит то, что она отнюдь не Дюймовочка.
Одевается Ксюша ярко, стильно, не комплексует, а двигается она - дай бог каждому такое чувство ритма и владение собственным телом. Но личная жизнь не складывается. Впрочем, мы с Ксюшей дружно считаем, что это просто мы обе очень разборчивые.
- Ну, хорош вздыхать, - Ксюша пересела за стол и сощурилась на солнце. – Где там твой кофе?
- Вот, - я разлила кофе по чашкам и тоже села за стол. И еще раз вздохнула.
- Ну что, разлюбила? Пускай женится? – продолжила свой инквизиторский допрос подруга.
Я вспомнила вчерашний стоп-кадр и вздохнула горше прежнего.
- Ксюш, нельзя так. Он же ее любит, эту Леру свою.
- Это он тебе сам сказал?
- Дура, кто ж про такое говорит посторонним людям!
- Сама дура! – фыркнула Ксюша. – У тебя семь пятниц на неделе. То люблю, то хрю-му.
- Ну он же женится на ней! – попыталась я воззвать то ли к Ксюхиному здравому смыслу, то ли к своей совести.
