- До сих пор почему-то помню куртку отца, всю заляпанную кровью, - задумчиво произнес Данил, доставая из коробки с игрушками последнее – яркую золотую звезду. – Ну, кто будет вешать звезду?
- Конечно, тот, у кого работают две руки!
Я сначала ляпнула, потом смутилась. Давай, вспомни, Лиля, из-за кого у человека напротив тебя сломана рука. И разбита машина. А человек напротив наморщил нос, показал мне язык и протянул звезду.
- Вперед.
Звезду я пристроила криво - как мне тут же сообщили. Я поправляла ее три раза, прежде чем придирчивый Данил Олегович наконец признал, что все идеально.
А потом мы стояли и молча любовались на дело рук своих. Все трех.
А потом я поняла, что таки хочу спать. Даже не так. ХОЧУ СПАТЬ. Это ужасно - все время хотеть спать. Но я ничего не могла с собой поделать.
Я обернулась к Дане, но ничего не успела сказать – он меня опередил.
- Ты хочешь спать, - Данил не спрашивал, он утверждал. Что мне оставалось? Я кивнула. – Пойдем.
И взял меня за руку.
Он взял меня за руку.
И время отмоталось вспять, и я опять вспомнила, как он взял меня за руку тогда – когда Данил еще ничего не знал, а я не натворила еще все глупости. Но ноги у меня все так же попытались отняться. Я шал за ним и мечтала, чтобы его квартира никогда не кончалась.
Но она кончилась. Спальней. Бело-серой, минималистичной, с большой кроватью под серым покрывалом и жемчужно-серыми подушками. Я замерла возле нее. Я вдруг поняла, что потная, грязная и… и мне не место в этой чистой постели.
- Если хочешь… раздеться… в смысле, переодеться… - кашлянул Даня, – я могу дать тебе свою футболку.
Я ничего не ответила. Я хотела спать. Я хотела, чтобы он опять взял меня за руку. Я… я… я…
За моей спиной прошуршали двери стенного шкафа, на кровать легла ослепительно белая футболка.
- Вот. Отдыхай.
Прямо как Доценко-старший. Теперь за моей спиной тихо закрылась дверь.
Я продолжала стоять, глядя на белую футболку на сером покрывале. Я все еще стояла так, когда раздался негромкий стук в дверь.
- Можно?
Даня, ты стучишь в свою собственную спальню. Куда мы катимся, а?
- Лиля, ты в порядке? - раздалось снова, уже громче.
- Да. Заходи.
На тумбочку Данил поставил стакан с водой и серебристый блистер.
- Твое лекарство. Выпей.
Я отрешенно кивнула. Исчезли и абсурд, и реальность. Точнее, они просто перемешались между собой.
- Тебе помочь? – раздалось за моей спиной.
- Я сама.
И снова щелкнул замок двери.
