И там сказал невесте и родителям, что любит другую девушку."
"Если честно, я даже дыхание задержала. От того, что мне доверили такое сокровенное воспоминание. И от того, как это все… похоже.
- Когда он вернулся и сказал мне об этом, я выпустил из рук чайник с кипятком. И предложение Олег мне делал на скамейке возле ожогового центра.
Это даже слишком похоже! Но все же… все же есть один важный нюанс.
- Но вы же не… не… не расстраивали свадьбу Олега Анатольевича… с той девушкой…
- Да? – Ольга Аркадьевна невозмутимо отпила кофе.
– А почему же они тогда расстались?
- Но… но… но это он сам…
- Если мужчина любит – он принимает решение.
На это мне не нашлось, что сказать. Я сидела, молчала. Даже не могу сказать, что думала. История, рассказанная Ольгой Аркадьевной, просто растекалась во мне, заполняя какие-то болезненные пустоты. А потом я вдруг выпалила:
- Вы думаете, Данил меня любит? По-настоящему любит?
- Ох, - вздохнула Ольга Аркадьевна. – А головушка у тебя все-таки на место пока не встала.
Ну да ничего, до свадьбы заживет. - А потом она поднялась, обошла стол, наклонилась ко мне и тихо сказала: - Знаешь, как я после всего этого боялась знакомства с родителями Олега? После того, как они ту девушку почти в семью уже приняли. А тут я. А когда мы приехали, свекровь обняла меня и на ухо сказала… сказала… Я знала, что она сказала неправду. Но за эти слова я ей благодарна была всю жизнь. Знаешь, что она мне сказала? – Я замотала головой. А Ольга Аркадьевна наклонилась ниже и прошептала мне на ухо: - Именно о такой невестке я и мечтала.
* * *После этого судьбоносного разговора мы встречались с Ольгой Аркадьевной еще раз. Снова цветочки, да. В смысле, выставка цветов. А после мы обедали в каком-то модном ресторане с космическими ценниками. Я снова вспомнила это слово «мезальянс», его трудно было не вспомнить, когда ты едешь в дорогой машине, обедаешь в ресторане со стеклянной крышей, а твоя собеседница небрежно крутит на пальце кольцо с бриллиантом. Ну, наверное, это бриллиант, я не эксперт.
Я понимала, что шанса заплатить за свою часть обеда мне не дадут. Но я дала себе твердое обещание, что не возьму ни копейки их денег. Если от меня будет хоть что-то зависеть в этом вопросе, конечно.
* * *В аэропорт мы ехали с Ольгой Аркадьевной уже с устойчивым ощущением сообщников. Людей, у которых есть что-то, известное только им двоим. И мне это чувство ужасно нравилось. Правда, оно стало вытесняться другим.
Две недели.
