Никаких авансов и окончательного расчёта после выполнения. Потому что, если честно, я не представляла, кто вместо меня проснется в моей постели завтра. Мне казалось, что после того, что произойдет - должно произойти сегодня – я уже никогда не буду прежней.
Это отчетливое, почему-то с металлическим привкусом, ощущение совершаемого зла – ну, или если отринуть пафос, непоправимой ошибки, за которую я буду непременно долго, тяжело и больно расплачиваться – оно не отпускало. Его не было, когда я на даче семьи Доценко опускалась на колени перед скамейкой, на которой лежал обнаженный Данил.
Потому что тогда… тогда у меня было хоть какое-то оправдание… или объяснение тому, что я делала. Я хотела близости с тем, когда любила. Да, аморально – с учетом того, что мужчина не свободен. Но это хоть как-то меня оправдывало, хотя бы минимально. Сейчас меня не оправдывало ни-че-го. Я хотела опорочить человека, который лично мне ничего не сделал. И никакое отношение Леры к Дане, ее расчетливость и, очевидно, отсутствие любви к нему - в том смысле, в каком любовь понимала я, - меня не оправдывало.
Даня не дурак. Может, его устраивает такой формат брака и такие отношения. Может… Может…
Но уже ничего остановить я не могла. Или не хотела. Я устала копаться в себе, искать себе оправдания и выносить себе же приговоры. Этот нескончаемый процесс внутреннего судопроизводства совершенно измотал меня. И я просто отпустила события. И позволила теперь уже им нести меня.
Подружек у Леры было не так, чтобы и много – с ней всего пять человек.
Но учитывая ее далеко не самый жизнерадостный характер – вполне нормальное количество. Я не особенно в них всматривалась, но даже поверхностного взгляда было достаточно, чтобы понять, что они все примерно одного поля ягоды – стильные, ухоженные, маникюр, педикюр, красиво уложенные волосы, брендовая одежда. По сторонам они косились с явным любопытством. Но старательно демонстрируя легкое скучающее презрение.
Я провела их к столику, поинтересовалась, все ли в порядке.
Мне царственно ответили, что все в порядке. Я вернулась к Золу и конспиративным шёпотом поинтересовалась у него, на месте ли Фарух. Зол мне недовольно буркнул, чтобы я уже не лезла, когда работают профессионалы, и принялся яростно смешивать очередной коктейль.
Мне ничего не оставалось, как снова вернуться в зал. А там началась шоу-программа. Не взглянув на сцену, на которой уже вертел бёдрами первый красавчик, я прошла к столику.
