Что неизбежно - так это то, что завтра релиз! И Данилу Лёнька завтра кровь из носу нужен вменяемый и работоспособный. При мысли о том, что будет с Леонидом от таких известий, Данилу сделалось тошно. Леонид не был эмоциональным парнем, как и сам Данил. Да и между собой они вопрос женского пола не обсуждали – все больше про работу, в крайнем случае – про фильмы, книги – тут у них вкусы преимущественно совпадали. Но надо было быть слепым, чтобы не видеть, что у Лёни к Валерии серьёзное чувство. А теперь вот это… А если еще у Леры хватит ума сказать о причине этого разрыва – то все, хана релизу.
И как бы не проекту.
- Подожди, - Данил, не сознавая толком, что делает, резко встал. Но, отметив метнувшийся к нему взгляд Леры, понял, что его телодвижения могут быть истолкования превратно, рухнул обратно в кресло. – Пожалуйста, я прошу тебя, не говори завтра с Леонидом.
- Но… почему?
Данил молчал. Он понимал, что отвечать на признания девушки соображениями про релиз - это вверх бесчувственности. Но других аргументов у него не было.
- Тебе нужно время? – тихо спросила Лера. – Тебе нужно… осознать? Подумать?
Данил через силу кинул.
- Хорошо, - так же тихо ответила Лера. – Спасибо… что выслушал. Не выгнал. - И так же тихо вышла, аккуратно притворив за собой дверь. И ввергнув стройную Данину жизнь в хаос.
* * *"
"Релиз прошел. Нормально прошел. В рабочем порядке. Леонид не подвел. А та тайна, которую теперь знал Данил, но не знал Леонид – она стучала внутри как метроном. Нет, как обратный отсчет бомбы.
Ему надо что-то решать. Что-то сказать. Леониду. Валерии. Хотя бы себе сказать! Объяснить – что ему со всем этим делать. С другом. С его невестой. И ее чувствами к нему, Данилу. Ну почему в жизни все так сложно?!
Тупиковую, как казалось, ситуацию, разрешил юбилей отца.
Хотя тогда так Данилу, конечно, не показалось. Все началось как обычно. Пафосный ресторан, толпа нужных людей, тосты, улыбки, рукопожатия, «Как дела, Данил? Скоро взломаете Пентагон?». Очень, бл*дь, смешно! Никто не верил, что у него, сына Олега Доценко, это все всерьёз.
Все, кто был на юбилее отца, были уверены, что рано или поздно сын юбиляра наиграется в игрушки и займётся, наконец, настоящим делом. Делом своего отца. И эта скрытая усмешка выводила Данила из себя. Он уговаривал себя быть взрослым, не заводиться, периодически ловил на себе обеспокоенный взгляд матери.
Гости разошлись, остались самые близкие. А количество выпитого было уже солидным. Шестьдесят лет – это ведь не шутки.
