Увидеть лицо

— А вы правда певица? — с уважением спросила Светлана. Ее влажные, теперь уже аккуратно причесанные волосы блестели в свете многочисленных ламп. Кристина кивнула, потом положила перстень в рот, крепко сжала губы и приняла задумчивый вид.

— Что ты делаешь? — Алина удивленно улыбнулась. Кристина недовольно махнула рукой в ее сторону.

— Пытаюф пфедфкафать будуфее. Не мефай!

Алина пожала плечами, потом посмотрела в ту сторону, куда ушли мужчины. Ей очень хотелось, чтобы они вернулись. Без них в этом доме ей было очень не по себе, и сейчас она согласилась бы даже на общество Виталия или Алексея.

Она снова начала рассеянно тереть ладонью шею, и полоска кожи под ней вскоре стала яркорозовой, словно свежий рубец.

— Снаружи дом казался меньше, — негромко произнес Олег. — Я здесь такого не предполагал.

— Наверное, это не дом. Наверное, мы влезли в какуюто частную гостиницу, — прошептал Жора. — А это, наверное, гораздо хуже.

Борис ничего не сказал, он просто вздохнул, но в этом вздохе было согласие.

Они стояли на полу, выложенном темнокоричневым кафелем, а в нескольких метрах от них поблескивала вода, в электрическом свете казавшаяся неестественно яркоголубой, и на полированных невысоких бортиках бассейна лениво колыхались волнистые отсветы. Вдоль бортиков стояли длинные кадки с разнообразными растениями, распростершими над водой веточки и ухоженные листья, некоторые свисали, почти касаясь водной поверхности. Растения были и на стенах — вьющиеся, пышные, яркие. Многие цвели, и в воздухе чувствовался тонкий смешанный аромат.

От обилия зелени бассейн походил на лесное озеро — только кафель и гнутые блестящие перила портили все впечатление. Сквозь прозрачные стену и покатый потолок был виден мокрый сад, тонущий в сумерках, — та часть двора, где они еще не были, — деревья здесь росли густо, лишь в некоторых местах проглядывали клумбочки и завитки фигурно высаженных кустов. По стеклам барабанили дождевые капли, наполняя комнату призрачным шелестом, и пришедшие завороженно молчали, глядя на неподвижную воду.

— Вот это да! — наконец, не выдержал Кривцов. — Он же огромный! Я и подумать не мог…

Жора подошел к краю бортика, отведя загородивший ему дорогу большой узорчатый овальные лист, опустился на корточки и поболтал рукой в воде.

— Приятная водичка, — он хлопнул по поверхности ладонью, и в воздух взлетело облачко брызг. — Красиво как, а? Может, искупнемся?

Его сильный голос эхом прокатился под потолком, и Борис поежился.