Роза отрицательно замотала головой
— Еще десять, леди, но у господина неспокойно, и мы решили проверить, как вы, — затараторила она. — Завтрак бы вас уже дожидался, но явилисьстроители, которых срочно позвал Перес. Они опрокинули баулы с только что доставленной едой.
— Да-да, мы пришли к лорду прибраться, а омывальня разгромлена. Как будто бассейн крушили кувалдой. Бортики разбиты, плитка на полу в крошево. Вода ушла. Мы с Розой сразу к Пересу, потом и за вас переживать начали, — старшая излагала громко и четко. — Он связался с лордом, а тот объяснил, что проводил эксперимент и волноваться не стоит.
Вы вроде бы в это время спали здоровенькая, но кто знает…
Гортезия не сводила с меня внимательного взгляда. Явно подозревала, что Конвей сходил с ума не один и я подсказывала ему, куда бить.
— Я ничего не слышала. Герцог поставил здесь пологи. Слышимость между комнатами нулевая.
— Есть еще кое-что, — тихо сказала Роза. — Картины в спальне Его Светлости разорваны в клочья. Он так ими дорожил.
Я выдержала испытывающий взгляд обеих.
Сердце падало куда-то вниз, словно во мне образовалась пропасть. Конвей назвал меня «Лилией» и не давал на себя взглянуть. Он разворотил бассейн и уничтожил портрет супруги. Это могло означать только одно, и вывод не сулил мне ничего хорошего. Подозрения оправдались.
Более того, Минотавр нашел способ разгуливать в теле Сноу. Должно быть, лицо менялось или форма рогов… Иначе зачем он так настаивал, чтобы я на него не глядела.
— Уверена, лорд со всем разберется. Вы пока проверьте, все ли позавтракали и сколько порций необходимо заказать снова.
Я скоро буду.
Как только девушки вышли, я подбежала к окну и стала осматривать некогда поврежденную кисть. Нет, Конвей не солгал. Шрам исчез. На мне никаких следов. Должны ли они быть, если образовалась новая привязка? В купальне Сноу говорил, что я готова принять его, а в постели… да любой из двух мог незаметно применить магию.
Сумасшедшая жажда оставила, и я не очень понимала, что на меня нашло этой ночью. Наверное, откат все-таки имел место.
С другой стороны, чувствовала я себя здоровой и полностью отдохнувшей."
"Обойдемся без истерик. Не дам волю эмоциям до тех пор, пока не разберусь, чего добился Минотавр. Нельзя также забывать про перстень и про тех, кто намерен его присвоить.
Я машинально одевалась, коря себя за то, что не попросила Розу остаться и помочь. В дверь бесцеремонно забарабанили. Так умел лишь отдельно взятый лепрекон, которому не терпелось сообщить нечто важное.
