И считал, что даже со своими правильными племенными параметрами я заслуживала знать, что случилось с моей предшественницей.
— Я слышала, что Мэриам умерла при родах. Ты не смог быть с ними? Случился прорыв?
В эту версию я и сама почти не верила. Но, пока Конвей будет ее опровергать, то может сообщить еще больше, чем изначально планировал.
Он резко поднялся и не заметил, что опрокинул бокал.
— Все шло хорошо, даже слишком, — в его голосе звучал скрип. — Всего три часа схваток. Я помогал ей побеждать боль. Не убирал до конца, чтобы мы могли контролировать процесс, но существенно облегчал.
Показалась головка мальчика, еще несколько усилий — и жена справилась. Я принял сына и передал его семейному врачу… Это был Диего Видас, вы с ним недавно познакомились… И в этот момент, чтобы уберечь Мэриам от отката, мы с ней должны были соединить руки, переплести магию. Как два существа, подарившие миру новую жизнь и готовые поддерживать друг друга и впредь…
Последние слова угасли примерно на середине, но Конвей сделал попытку продолжить.
— Я никогда не показывался ей в истинном облике. Ну, то есть как не совсем человек. Что там особенного, думал я, такой же только с рогами… Если бы нам удалось сплести общую вязь, то Мэриам принимала бы меня в любой ипостаси… Но связь до родов так и не образовалась… В решающий момент она одернула руку и вскрикнула. Она так измучилась, и все равно закричала пронзительно. Я до сих пор слышу этот крик.
Я тоже поднялась и теперь, не стесняясь, повисла на нем. Он представлял эту сцену несчетное количество раз.
Так что можно его и отвлечь."
"Брак герцога из романтической баллады обернулся греческой трагедией. Мэриам, полюбившая светского красавца, едва живая после родов, очевидно, протягивала руку Тэнгиру. В момент рождения сына Эллиот и не мог быть ни кем иным. Все обеты и перерождения не удержали в узде древнего бога.
— Я звал ее, укутывал магией, чтобы сохранить жизнь. Она же вырывалась и уходила все дальше. Френсис плакал в руках у Видаса, а я все не брал сына.
Старался дотянуться до Мэриам. Не верил, что это конец.
Маленький лорд выжил только благодаря доктору, который огрел папашу чем-то тяжелым и заставил переключиться на ребенка. Я прямо зауважала Видаса. Требовалось немало мужества, чтобы привести в чувство озверевшего от горя демона.
— Родовое плетение дите получает в первые минуты жизни. Я, конечно, вскоре прижал к себе Френсиса, отогрел своей энергией. Мы нашли ему кормилицу. Он быстро оправился.
