– Вот это, милейший… салат из виноградных улиток, и карпаччо, и рыбки паровой, само собой с провансальскими травками, потом ягненок на вертеле, потом лазанью с креветками… и салатик принеси поскорее, а насчет десерта я решу позднее!
– Ну, дружище, ты никогда не жаловался на плохой аппетит, но сейчас ты просто превзошел самого себя! – восхитился Маркиз, который для себя заказал скромный овощной салат, сыр и черный кофе. – Где же это ты так оголодал?
– Сейчас расскажу, – пообещал Рудик и набросился на салат с таким видом, как будто по меньшей мере месяц ничего не ел.
Расправившись с салатом в два счета и немного успокоившись, он откинулся на спинку стула и приступил к рассказу.
– Ну, ты меня знаешь не первый год, – начал он издалека.
Маркиз действительно очень давно был знаком с Рудиком, знал о его славном прошлом.
Когда-то давно Рудик учился в финансово-экономическом институте, знаменитом «финэке». Однако закончить институт ему не удалось, поскольку он вылетел из него за фарцовку. Тем не менее он обладал немалыми познаниями в экономике, финансовой математике и прочих смежных дисциплинах, так что сам вполне мог бы читать лекции в родном институте.
Несмотря на такие познания, Рудик не сумел сколотить собственного капитала. Видимо, ему не хватало терпения и выдержки, только все его финансовые операции заканчивались не слишком удачно, так что Рудику приходилось зарабатывать частными консультациями.
Кроме теоретических познаний, он очень хорошо знал деловой мир Петербурга, знал всех заметных бизнесменов, владельцев крупных фирм и влиятельных городских чиновников, так что Маркиз часто обращался к нему, если ему нужно было досье на кого-нибудь из «столпов общества».
По дружбе Рудик почти не брал с него денег, ограничиваясь в качестве гонорара обедом в приличном ресторане. Хорошая кухня и комфорт были его слабостью.
– Ты меня знаешь, – повторил Рудик, подчищая с тарелки соус, – и знаешь, как я отношусь к всевозможному экстриму…
– Сугубо отрицательно! – проговорил Маркиз.
– Само собой! – согласился Рудик.
– Но тут угораздило меня запасть на одну девицу, которая без экстрима не представляет себе простого человеческого счастья. По утрам из дома не выходит, а выпрыгивает с парашютом, до работы добирается на дельтаплане или сплавляется на плоту через пороги…
– Сочувствую! – вздохнул Маркиз, с искренним сожалением взглянув на приятеля. – Только где она в нашем равнинном городе нашла речные пороги?"
"– Я, конечно, слегка преувеличил, – хохотнул Рудик.
