Но сейчас ей почти не пришлось делать над собой усилий, потому что ей стало себя ужасно жалко.
Ленька, как всегда, взвалил на нее самую тяжелую и опасную работу и не спешит к ней на помощь! И теперь она во власти этого ужасного человека, который напоил ее коньяком, добавив туда какую-то химию, а теперь больно бьет по щекам. И будут синяки…
– Прекрати реветь! – прикрикнул на нее Арбузов.
Похоже, слезы произвели на него впечатление, и он смягчился.
– Прекрати сейчас же реветь! И пойми ты наконец: ты влезла в очень серьезные и опасные разборки, и для твоего же блага лучше отдать контейнер… если он у тебя!
– Честное слово, его у меня нет! – На этот раз Лола не врала, контейнера у нее действительно не было.
– Ты не врешь? – Арбузов склонился над ней, пристально глядя в глаза. – Куда же тогда он делся?
И в это мгновение дверь номера с грохотом распахнулась.
– Безобразие! – заорала появившаяся на пороге Нинель Аркадьевна. – Это оздоровительное учреждение, а не дешевый бордель! Здесь положено лечиться, восстанавливать свое здоровье, а не пьянствовать и заниматься развратом!
– Это совсем не то, что вы подумали… – пробормотала Лола, садясь на кровати.
Тут же она поймала себя на том, что оправдывается перед этой старой кикиморой, и ужасно разозлилась.
– Да кто вы такая, чтобы блюсти нашу нравственность? По какому праву вламываетесь посреди ночи в мой номер?
– Вы правы, милочка! – поджав губы, процедила старуха. – До вашей нравственности мне дела нет… тем более что о нравственности в вашем случае вообще говорить не приходится! Но если уж вас по недосмотру пустили в это лечебное учреждение, вы должны соблюдать определенные правила! Во всяком случае, в санатории не разрешается устраивать по ночам оргии, да еще греметь и швырять на пол тяжелые металлические предметы, нарушая мой и без того чуткий сон!
– Какие предметы? – переспросила Лола, несколько растерявшаяся от такого неожиданного поворота.
– Вот какие! – И старуха ткнула пальцем в костыль Арбузова, валяющийся на полу возле кресла.
Лола взглянула на этот костыль и тут же по аналогии вспомнила про здоровенную палку, на которую опиралась Нинель Аркадьевна. И про то, что на этой палке отсутствует резиновая галошка.
– Это она! – воскликнула Лола, повернувшись к Арбузову.
– Кто – она? – переспросил тот, удивленно моргая. – Что – она?
– Это она приходила в номер! – попыталась растолковать ему Лола.
