– А посоветоваться со мной, прежде чем идти на такую важную встречу, ты уже не считаешь нужным? Ну да, конечно, ведь я у тебя не деловой партнер, не компаньон, не соратник, в конце концов, а всего лишь бессловесная исполнительница, белая рабыня, бесправная статистка!"
"Слово «статистка» в устах Лолы, прирожденной актрисы, всей душой преданной театру, было самым страшным оскорблением. И она вовсе не находилась в рабской зависимости от своего компаньона, они были равноправными партнерами. Просто так получилось, что с заказчиками обычно имел дело Маркиз, а уж потом в дело вступала Лола.
Причем заставить ее работать всегда являлось большой проблемой.
– Лолочка, – Маркиз моментально перешел в оборону, – ты прекрасно знаешь, что мы с тобой равноправные партнеры и я очень высоко ценю твое мнение, но, прежде чем советоваться с тобой, я должен был хотя бы предварительно ознакомиться с заказом… и взглянуть на заказчика собственными глазами…
– Ну и как – взглянул? – осведомилась Лола чрезвычайно холодно.
– И каково твое мнение?
– Очень приличный пожилой господин, с хорошими рекомендациями… мое профессиональное чутье говорит, что ему вполне можно доверять… и дело очень интересное…
– Да, только звери пришли в ужас! А я их внутреннему голосу доверяю больше, чем твоему так называемому профессиональному чутью! Оно тебя не раз подводило!
– Что-то я не припомню, – пробормотал Маркиз.
– Ну вот, у тебя еще и склероз! – удовлетворенно заявила Лола. – Полный комплект возрастных изменений! Тебе не за новое дело нужно браться, а на пенсию выходить!
Маркиз предпочел не поддаваться на такую откровенную провокацию.
– Говорю тебе, – возразил он, – мне его рекомендовали хорошие люди!
На самом деле новый заказчик, с которым Леня встречался час назад, сослался на Рудика Штейнмана, Лениного персонального финансового аналитика и консультанта. Правда, когда Маркиз перезвонил самому Рудику, автоответчик сообщил приятным женским голосом, что абонент находится вне зоны доступа. Видимо, улетел отдохнуть в далекие теплые края и предусмотрительно отключил роуминг, чтобы его не беспокоили.
Тем не менее Маркиз согласился пойти на встречу и послушать, что ему предложат.
Встречу он назначил в небольшом загородном кафе на тридцатом километре Выборгского шоссе. Это место его устраивало, потому что расположение кафе позволяло убедиться, что заказчик приехал на переговоры один, без многочисленной группы поддержки, а после за ним можно было проследить.
