Ужин с папочкой (ЛП)

Рука на моем плече напрягается.

— Я хочу, чтобы ты села мне на лицо.

Я с открытым ртом смотрю в пылающие глаза Барда. Что он сейчас сказал? Коннор терпеть не мог, когда я просила быть сверху, и даже в тех редких случаях, когда мы оказывались в позе ковбойши, он всегда переворачивал меня и брал контроль в свои руки.

— Ты слышала меня, милая, — говорит Бард, его голос низкий. — Сядь мне на лицо.

Возбуждение бьет меня прямо между ног, вызывая дрожь во всем теле. Моя киска сжимается от желания.

— Ты уверен? — шепчу я. — Я тяжелее, чем кажусь.

Он смотрит на меня недоверчивым взглядом: одна бровь приподнята, губы сжаты, на лице маска недоверия. Тогда я вспоминаю, как он чуть не трахнул меня у стены. Конечно, он знает, сколько я вешу.

— Если ты боишься меня раздавить, то не стоит, — говорит он.

Я с тревогой впиваюсь зубами в нижнюю губу.

— Но как я узнаю, что ты еще дышишь.

— Ты просишь меня дать тебе стоп-слово?

— Скорее, это невербальный способ сказать мне, чтобы я остановилась, — отвечаю я, стараясь не ерзать.

Количество страшных историй, которые я слышала в отделении неотложной помощи, заставило бы нервничать любого. Люди задыхались, получали инфаркты, инсульты и всевозможные травмы во время бурного секса. Я не хочу навредить Барду и уж точно не хочу предстать перед всеми за столом Дагды, объясняя, как я убила его своей вагиной.

— Давай постучу по твоему бедру? — спрашивает он.

— Хорошо, — шепчу я.

Бард откидывается на матрас и ложится.

Я не знаю, как начать.

Его большая рука хватает мою, и он приподнимает свое тело с матраса, глядя на меня решительным взглядом.

— Будь хорошей девочкой и покатайся на папочкином лице.

Мои соски напряглись, а клитор набух до предела. Я правильно его услышала?

— Быстро, — рычит он.

Порыв послушания приводит меня в действие. Мне не терпится почувствовать, как он поглощает меня своими губами и языком.

— Д-да, сэр, — бормочу я.

Бард приводит меня в такое положение, что я оказываюсь на руках и коленях, а моя киска нависает над его головой. Его горячее дыхание обдувает мои бедра.

— Блять, ты так хорошо выглядишь, — рычит он.

Жар заливает мои щеки и распространяется вниз к напряженным соскам.