Узнай меня

С тяжелым вздохом, будто его окончательно утомила моя болтовня, Луневич спросил:

— И чему же?

— Если хочешь в кого-то выстрелить — стреляй сразу, — выплюнула я и резко выхватила пистолет, приклеенный кем-то ко дну стола.

С первым же моим выстрелом в Луневича Колчин и Штырь попадали под стол, и я вместе с ними. Тот, что целился в голову Штырю, был той самой «креветкой», который сейчас прикрывал нас всех.

Вынырнула из-под стола и пальнула в типа, который влетел в зал с автоматом. Раненный «креветка» забаррикадировал зал изнутри.

— Штырёчек, — нырнула к нему обратно под стол и бегло оглядела тело старого друга на наличие огнестрела. — Что с тобой?

— Да, чё-т, на жопу жестко приземлился, — поморщился он. — Годы-то, блять, уже не те, скакать тут зайчиком.

— Нашёл, блять, время, клоун хуев! Потом себе зад нацелуешь! — вклинился Миша и разрезал стяжку за спиной Штыря, сразу вложив тому в руки пистолет.

— Луневич где? — спросил Штырь, растирая запястья.

— Труп, — резюмировал Колчин.

— Моя девочка! — улыбнулся Штырь шикарной улыбкой с пробелами в зубах.

— Твоя девочка попала ему в плечо. В его башке моя пуля, — холодно отрезал Колчин.

— Мой мальчик! — Штырю, похоже, вообще, было плевать кого хвалить, особенно за смерть Луневича.

В чем-то я с ним была солидарна.

— Валите уже, мать вашу! — рычал «креветка», дежуривший все эти несколько секунд, что мы тратили на болтовню, у выхода из зала. — За камином черный ход с выходом в гараж. Он узкий, так что придется уходить по одному.

— И лучше врассыпную, — произнес Колчин. — Ты первая, — посмотрел он вдруг на меня, и это был первый его взгляд в мою сторону с момента, когда нас схватили у домика. Сердце болезненно сжалось.

— Да, Саш. Давай, первая и быстро, — поддержал его Штырь и подтолкнул меня из-под стола.

— Пообещайте мне, что тоже сразу пойдете за мной, — потребовала я у мужчин. — И не смотри на меня так, Штырь. Даже, сука, не вздумай! Я знаю каждый твой взгляд! — на глаза навернулись слёзы. — Ты выйдешь отсюда. Живым.

— Еще скажи, что я тебе как отец, — хохотнул он горько.

— Лучше. Ты мне как папа, — всхлипнула я.

— Ну… — вздохнул Штырь, шумно сглотнув и почти даже мило мне улыбнувшись.