Это неправильно! Я уверена, что это неправильно! У меня совершенно нет денег! Ни одного пенни!
Джона позабавило это.
– Что навело тебя на мысль, будто я искал богатую жену, моя любовь?
– О нет, не ты! Но твоя мама… твоя сестра…
– Они будут тебя обожать! Меня больше беспокоит, как воспримет мои притязания твой дедушка. Свои деньги я предпочитаю называть своей независимостью, и ни на какие другие финансы я и не рассчитывал. Я хотел бы нанести визит сэру Питеру! Ты мне скажешь, когда будет удобнее всего посетить его?
Услышав это, она с обеспокоенным видом отстранилась.
– Нет, нет, ты не должен сейчас встречаться с ним. Прошу тебя, Джон, не пытайся с ним увидеться!
– Но, моя дорогая!..
– Да, да, я знаю, что ты хочешь сказать, и больше всего на свете желаю, чтобы вы познакомились! Но пока я не смею представить тебя ему! Понимаешь, вчера вечером он послал за Коутом, и теперь мы все не находим себе места от беспокойства! С виду дедушка хранит спокойствие, но Уинкфилд – его слуга – чувствует, что оно напускное.
Он так хорошо его знает. Полагаю, лучше, чем кто бы то ни было! Уинкфилд считает, что дедушка слишком спокоен. Он сказал мне: уж лучше бы сэр Питер вышел из себя… хотя доктор Бакуп предостерегал нас, что огорчать его нельзя! Уинкфилд вчера не ложился, и ему кажется, что дедушка всю ночь не сомкнул глаз. Он попросил Джозефа, как только рассветет, съездить за доктором Бакупом, но не успел тот приехать в Келландс, как дедушка уже позвал к себе моего кузена.
Уинкфилд не осмелился ему перечить: дедушка этого не выносит! Мы не знаем, ни что он сказал Генри, ни что Генри мог сказать ему, но после этого он практически не разговаривает ни со мной, ни с Уинкфилдом. Он ужасно бледен и постарел прямо на глазах! Мы все очень боимся за него. Сейчас он лежит в постели, потому что доктор Бакуп накапал ему настойки опия и он уснул. Доктор строго-настрого запретил нам огорчать или волновать его. Дедушка должен быть совершенно спокоен, и нам не стоит позволять ему снова себя растревожить.
Если он спросит о Коуте, мы собираемся сказать ему, что он уже уехал. Хотя Уинкфилд сомневается, будто он нам поверит. Доктор Бакуп считает, что он вполне может разбушеваться, он ведь такой сильный, ты себе даже не представляешь! И если это действительно произойдет, тогда я расскажу ему, что мой глупый привратник настолько глуп, что хочет на мне жениться, и спрошу его, можешь ли ты к нему прийти.
