Узник тумана

Жрица, молча, прочитала надпись и со скривлённым злобой лицом спешно стёрла её со стены, а затем, развернувшись, залепила мне звонкую пощёчину, заставив рассмеяться.

– Ты с каждым годом становишься всё безумнее. Тобой невозможно управлять, Сонья.

Её слова прошли мимо. Я и сама понимала, что не вполне адекватна, но у моего лёгкого помешательства были свои причины. Это помогало мне выжить, только и всего. Развернувшись, я воротилась в храм и направилась на кухню.

– Я не отпускала тебя, Сонья! – в ответ на крик старухи, я лишь махнула рукой.

Да она могла сейчас меня наказать, но оно того стоило.

Мне нравилось отравлять её жизнь.

Нравилось смешивать эту каргу с грязью.

Я мстила ей, раз за разом окуная её мордой в свою ненависть.

На кухне уже стояли приготовленные миски с рыбной похлёбкой, в которой сиротливо плавали веточки разваренных водорослей.

Услышав тихое постукивание, я обернулась к послушнице – поварихе. Пожилая женщина кивком головы указала мне на отдельно стоящую деревянную миску, а затем взяла ложку и произнесла губами: «Ешь».

Медленно кивнув, я поспешила выполнить её указания. Раз она налила мне супа раньше всех, значит, есть вероятность, что еды я больше сегодня не увижу.

Я быстро работала ложкой, а она стояла в дверях.

Видимо, караулила, чтобы жрицы не заявились. В комнату вошла ещё одна женщина.

Смэка. Выдвинув стул, она мешком упала на него и замычала. Её к нам пригнали пару лет назад и уже в таком состоянии. Не знаю, что делали с ней гуроны, но женщина полностью потеряла связь с реальностью.

Она не всегда понимала, что от неё хотят. Чудила. Бывало и мелко пакостила. Но мы умалчивали об этом, боясь, что она «случайно» упадёт на алтарь.

Доев, поднялась, но повариха махнула рукой, приказывая сесть на место. Отойдя от двери, она открыла передо мной ещё одну миску с рыбным мясом. А затем, достав дощечку, спешно написала:

«Не знаю, что ты сделала этой Тларе, но жрица решила тебя голодом поморить, чтобы покладистей стала».

Приподняв брови, я схватилась за миску и спешно съела всё, что дали.

А уж потом, прихватив разнос, отправилась на второй ярус, где содержали пленных.

Боль в спине просто сводила с ума.

Глава 6

Поднималась по лестнице с тяжёлым сердцем. Перед глазами стоял образ из окна.

Огромный мужчина. Северянин.

Открыв толстую дубовую дверь, ведущую в правое крыло, замерла. Моё сердце забилось чаще. Тяжело выдохнув, заставила себя сделать шаг, второй. Остановившись у первой решётки, всмотрелась в комнату.