Узы любви

У Роланда замечательный характер — веселый, добрый. Он всегда готов прийти на помощь страждущему. Не то что злобный, мстительный, любящий пререкаться Вулфрик… И почему она все думает о нем, когда Роланд уже в двух шагах?

— Иисусе, кто перемазал тебя грязью, Мили? — первое, о чем спросил Роланд, подбрасывая ее в воздух и заключая в медвежьи объятия.

Милисент залилась краской. Подумать только, она так старалась выглядеть получше и совсем позабыла о саже на носу и щеках! Неудивительно, что стражники Клайдона так пялились на нее.

А, подумаешь, не все ли равно, как она выглядит?

Но почему в таком случае краснеет? К чему гадать, и без того все ясно. Во всем Вулфрик виноват и его чертовы комплименты. Из-за них она стала заботиться о собственной внешности. При встречах он словно пожирал глазами каждую черту ее лица, каждую деталь туалета. Она то и дело ловила себя на том, что смотрится в зеркало, перед тем как выйти из спальни, — вещь, до того невиданная.

— Поставь меня на землю, олух несчастный! — смущенно проворчала она.

 — Какой путник обходится без того, чтобы не вымазаться в дороге?

— Какая еще пыль зимой? — засмеялся Роланд и, опустив девушку, немедленно принялся ладонью стирать грязь с ее физиономии. Совсем как Джоан! И девушка, по давней привычке, ударила по назойливой руке. Передышка дала ей возможность сообразить, что она ведет себя с ним, как с братом, а он снисходителен к ней, как к младшей сестричке.

— Я специально так разукрасилась, чтобы без помех добраться сюда, — пояснила Милисент.

 — В дорогу я надела мужской костюм.

— Почему? И кто посмел бы побеспокоить леди с подобающим эскортом, ведь единственным способом путешествовать для дамы твоего положения — это… это…

Рыцарь прервался при виде потупившейся девушки. Она упорно отказывалась встретиться с ним глазами. Роланд воскликнул:

— Попробуй только сказать, что явилась одна. Ну и попадет тебе от меня на орехи!

Оба понимали, что он всего лишь грозится. Однако Роланд слишком хорошо знал приятельницу, чтобы верно угадать причину ее замешательства.

Но она и без того собиралась все ему рассказать, так что не стоило смущаться. Но Милисент никогда раньше в голову не пришло бы выкинуть подобное: отправиться одной в столь опасный путь, — поэтому она еле слышно начала:

— Я была вынуждена покинуть Шеффорд без позволения…

Беспокойство Роланда немного улеглось от сознания того, что как бы там ни было, а девушка благополучно преодолела все препятствия на пути в Клайдон.