Узы любви

Незнакомец растерянно оглядывал девушек. Судя по туповатой физиономии и бегающим темным глазкам, Милисент решила, что он явно не семи пядей во лбу, но поможет это им или, наоборот, помешает, трудно было сказать. В этот момент он явно потерял способность мыслить здраво.

— Кто из вас старшая? — выдавил он наконец.

Судя по клинку, намерения у него были самые что ни на есть недобрые, и Милисент, спеша защитить сестру, объявила:

К ее прискорбию, Джоан, поняв, что дела плохи, ухитрилась произнести те же слова и почти в то же мгновение, чем вызвала негодование пришельца:

— Говорите правду, или обе умрете.

Лучше всего остаться в живых, но толковать с ним на ту тему бесполезно. Однако Милисент никак не могла сообразить, что предпринять. Да и вообще откуда он взялся? Ничего не скажешь, блестящий план предложил Вулфрик! Нужно не забыть упрекнуть его утром. В своей собственной спальне она была бы в безопасности. Граулз и Риска разорвут любого, кто посмеет ей угрожать. Но теперь оба они были заперты в конюшне и не могли прийти на выручку хозяйке.

Итак, что же делать? Справиться с ним невозможно: он переломит их, как сухие веточки. К тому же он держит нож, а они безоружны. Милисент даже лук оставила на телеге, справедливо предположив, что в аббатстве он ни к чему. Остается попробовать убедить его разумными доводами. Поэтому девушка высокомерно предложила:

— Я хотела бы нанять вас, сэр, и заплачу вам куда больше того, на что вы когда-либо сможете надеяться.

— Нанять меня? — непонимающе переспросил верзила.

— Да, чтобы охранять нас с сестрой. Вы кажетесь ловким парнем и наверняка сообразите, с какой стороны хлеб маслом намазан. Или вы всего лишь жалкий раб, обреченный вечно выполнять желания своего господина? — с намеренным пренебрежением осведомилась Милисент.

Мужчина дернулся, как от удара, и почти зарычал:

— Я свободный человек!

— В таком случае вы должны понимать свою выгоду, разве не так? — не отставала девушка. — Работа нетрудная, а деньги немалые.

Он явно заинтересовался предложением: это было заметно по заблестевшим глазам.

Не найдя ничего подозрительного, громила пришел в себя и, судя по злобной физиономии, преисполнился решимости осуществить свой злодейский умысел.

— Честь и преданность дороже любых денег, госпожа, — пояснил он, чтобы оправдать свой испуг.