Узы любви

Ты же, со своей стороны, скоро начнешь на людей кидаться. Стал еще зловреднее, чем когда отправлялся за своей невестой, а тогда мне казалось, что хуже ничего быть не может. Что произошло с тех пор, как мы вчера расстались?

— Лучше спроси, чего не произошло! — пробормотал Вулфрик себе под нос, поспешно удаляясь, но Реймунд все равно расслышал и с усмешкой повторил:

— Ладно, чего именно не произошло?

Вместо ответа Вулфрик обжег его негодующим взглядом и, пожав плечами, проследовал к ближайшей конюшне, где в одном стойле находился его жеребец, а в другом — Стомпер.

К удивлению брата, Вулфрик протянул грушу, сваренную в меду, не своему коню, а Стомперу. Такого Реймунд не ожидал.

— Я бы побоялся за свою руку, — без тени насмешки заметил он.

— Нет, он настоящий сладкоежка. Когда дело доходит до меда, он сама доброта.

— Ты в самом деле храбрец, если сумел это узнать, — хмыкнул Реймунд, но, сразу став серьезным, заметил: — Ты кормишь ее лошадь, не свою?

— Моя и так избалована, — небрежно бросил Вулфрик.

— Думаешь, свою она не балует?

— Если и так, долго ей этого делать не придется. Как только начнут прибывать гости, я запру ее в соляре.

— Разумная предосторожность, — согласился Реймунд. — Но что тебя гложет и заставляет калечить несчастных воинов?

Вулфрик вздохнул и по привычке провел рукой по волосам, не заметив, что ладонь запачкана медом.

— Я горю желанием прикончить человека, которого даже не знаю.

— Вполне понятно. Я сам бы задыхался от ярости, если бы кто-то посмел покушаться на мою…

— Нет, я не о нем, — перебил Вулфрик.

 — Тот будет умирать сотни раз сотней смертей, когда я до него доберусь. Я имел в виду мужчину, которому она отдала сердце. Сначала я о нем и не думал. Теперь же он не выходит у меня из головы.

Реймунд удивленно заморгал:

— И когда это неприязнь сменилась симпатией?

— Кто говорит о симпатии? — возразил Вулфрик. — Она моя невеста, Реймунд, и мне не пристало соперничать с кем-то, кого я ни разу не встречал.

— Откуда тебе это известно? Знаешь, как его зовут?

— Нет, но хочу узнать.

— Почему бы тебе не спросить у нее прямо?

— Чтобы она заподозрила, будто я собираюсь прикончить его?

— Разве ты не об этом сейчас толковал? — поддел Реймунд. — Сам сказал, что рвешься его убить.

— Обыкновенное преувеличение, — отмахнулся Вулфрик. — И не бросай на меня подозрительных взглядов, братец. Я просто никак не могу сообразить, как уничтожить ее привязанность к нему.