Узы ненависти

До выезда из особняка оставалось около десяти минут. Я стояла перед зеркалом практически полностью готовая к тому, чтобы быть красивой куклой в глазах смотрящих.

Волосы, что спадали локонами до середины спины, пришлось собрать в прическу на затылке и заколоть несколькими шпильками, чтобы непослушные пряди не выбивались. Теперь любопытствующему взору стала доступна моя шея, что была усеяна следами губ и зубов Арчи. И вот, что мне с ними делать? Нести с гордостью, как знамя горячей ночи? Или всё же замаскировать под толстым слоем тонального крема и пудры?

Без особых колебаний выбрала второй вариант и спешно нанесла пару слоёв тонального крема, обмахнув сверху кисточкой для пудры.

На лестнице послышались шаги, затем распахнулась дверь моей комнаты и в проёме показалась голова Михаила:

— Машины готовы, можете спускаться, — после этих слов он также быстро как появился, исчез.

У подножия витой лестницы меня никто не встречал. Входная дверь оказалась раскрыта настежь и впускала потоки весеннего воздуха, что неприятно холодили ноги, заставляя тело покрыться мурашками.

На крыльце меня ждал Михаил, молча накинул мне на плечи соболиную шубку и помог спуститься по мокрым ступенькам крыльца.

Заднюю дверцу внедорожника передо мной открыл Яр. Осмотрев меня с ног до головы, мужчина безразлично уставился в пространство над моей головой. Что-то неприятно кольнуло в груди при виде хладнокровности обычно улыбчивого голубоглазого мужчины.

На заднем сидении внедорожника меня уже ждал Арчи в неизменном черном классическом костюме и белоснежной рубашке с расстегнутыми верхними пуговицами. В воздухе витало напряжение, что подобно струне грозило разорвать тишину. Наш автомобиль и ещё два сопровождающих нас внедорожника тронулись с места и не спеша покинули территорию особняка.

Периферийным зрением наблюдала за Арчи. Он смотрел в тонированное стекло, выражение лица было абсолютно непроницаемым: плотно сжатые губы, задумчивый взгляд куда-то в пустоту, напряженный черты мужественного лица.

От странно-игривого Арчи, что ловил малейший момент для того, чтобы прикоснуться ко мне, не осталось и следа. Руки мирно покоились на коленях, хотя в прошлую нашу поездку в город они не оставляли меня в покое, то и дело пытаясь забраться под подол платья.

Взглянула на затылки, впереди сидящих, охранника и водителя.