Вроде бы всё хорошо и спокойно, но внутри живёт тревога, которая заставляет с содроганием сердца оборачиваться на громкие звуки и с опаской смотреть на незнакомые мне автомобили.
Макс тоже пропал после той ночи, но однажды позвонил мне, чтобы объяснить, что завален работой и ближайшие месяца два точно не сможет выбраться из города.
Разговор между нами вышел довольно-таки неловким, со множественными паузами, во время которых я пыталась подобрать нужные слова, чтобы тема того нашего внезапного поцелуя на полу ванной комнаты не затрагивалась.
Я не была готова его обсуждать, да и не хотела, так как сама себе не могла объяснить, что это было: искреннее желание или откровенное отчаяние.
В школе начались каникулы и на работу можно было идти ближе к обеду, и то только для того, чтобы сдать отчеты и заполнить журналы. Поэтому этим утром мы с Полиной и Альбиной Борисовной решили развлечь себя посадкой цветов в клумбы и болтовнёй ни о чем.
И, как это обычно случается в самые спокойные моменты моей жизни, к дому подъехал внушительный черный внедорожник.
Бросив инструменты, подхватила любопытную дочку на руки и с опаской смотрела на автомобиль, ожидая, что из него появится эгоистичная морда с лёгкой щетиной и надменным взглядом.
Но вместо Арчи из внедорожника вышел тот, кого я была искренне рада видеть.
Оценивая обстановку острым ястребиным взглядом, с неподдельной, чуть виноватой улыбкой, к нам приближался Михаил Ильич.
Глава 14
— Здравствуй, Даша, — поприветствовал меня Михаил Ильич приятным, спокойным голосом.
Коротко кивнул Альбине Борисовне и пожал ручку любопытной проказнице, которая практически ткнула ему в лицо детской лопаточкой. — Привет, Полина."
"— Здравствуйте, Михаил Ильич, — произнесла в ответ, сдерживая душевный порыв, чтобы обнять его. — Рада вас видеть.
Хоть он внешне и казался спокойным и сдержанным, в его глазах я видела некоторое беспокойство и озадаченность. Черный классический костюм, выправка — всё осталось прежним.
— Нам нужно поговорить, — сухо произнёс мужчина и бросил многозначительный взгляд на Альбину Борисовну, что держала в руках ящик с рассадой петунии.
— Наедине.
— Даша, давай, мы с Полиной пока до меня сходим? — всполошилась женщина, протягивая руки к Посе. — Что-то жарко, а у меня давление, а я даже таблеток с собой не взяла.
— Хорошо. Только недолго, — передала соседке дочку и проследила взглядом за тем, как они вышли за пределы ограды. Обратилась к Михаилу Ильичу. — Пойдемте к столу.
