Не думала, что такое возможно.
Дэниел приносит меня в свою спальню и опускает на кровать. Паника снова становится во главе парада чувств.
— Ви, я остановлюсь, если попросишь. Ты должна говорить со мной, я не умею читать мысли. Что думаешь, чувствуешь. Что нравится, а что нет.
— Я не знаю, что мне нравится.
Дэниел склоняется надо мной и обводит указательным пальцем линию губ:
— Мы вместе это узнаем. Ты уже целовалась до этого момента?
— Нет…
— И как тебе поцелуи?
— Тяжело дышать.
— Попробуй дышать носом.
Он целует меня.
Нежно и осторожно, позволяя привыкнуть и расслабиться. Ощущаю тяжесть ладони на животе, горячие пальцы забираются под край майки. Прогибаюсь в спине, отзываясь на ласку. Тело мной управляет, не я им. Оно как будто знает, что нужно делать и без меня. Поцелуи перетекают на шею, дыхание учащается. Не выходит лежать смирно. Хочется шевелиться и извиваться, но ни в коем случае не останавливаться.
«Запомните, хозяин превыше всего. Что бы он ни делал, он должен знать и слышать, что вам нравится, что вам хорошо.
Даже если это не так. Даже если он будет отрезать палец, единственное, о чем вы можете попросить, это продолжить, но никак не остановиться. Он — все! Вы — ничто! Забудьте о собственных желаниях и чувствах. Их нет. Вы всего лишь куклы для забавы».
* * *Дэниел старается обдумывать каждое действие, но отзывчивость девушки рубит цепи и рвет на части остатки самоконтроля. Она слишком чувственная, слишком нежная и милая в тихих вздохах удивления после каждого касания.
Это дурман. Наркотическая эйфория."
"Поцелуев недостаточно, но еще слишком рано переходить к большему. Все, что случилось сегодня — чудо. Дэниел не собирался подступать к этой черте, но… Как можно устоять? Внутри Ви пылает жизнь. Горит ярким огнем. Пусть ее пытаются потушить воспоминания и скверные мысли, она там, глубоко внутри, и Росс намерен сохранить это пламя. Решение пробуждает в Дэниеле силу, которую он потерял несколько лет назад. Ви может вернуть ему самого себя, а он может подарить ей счастье.
Сегодняшний визит Кэтрин доказал, что их внешнее сходство только подчеркивает их внутренние различия. Одна избалованная и обиженная на весь мир, потому что хотела все и сразу, но получила лишь половину, а вторая… Едва не убитая этим жестоким миром, морально искалеченная, но не сломленная. То, как она просыпается, будто ото сна, время от времени, распрямляет плечи и поднимает подбородок, глядя с готовностью ответить и защититься, не может не восхищать.
