В нем между двумя героями была невероятная и неконтролируемая страсть. Чувства описывались остро и надрывно. Герою нравились волосы героини так сильно, что один их аромат сводил с ума. А героиня возбуждалась от взгляда в глаза. Я попыталась примерить на себя написанное, но ничего не вышло. Наверное, у меня отсутствует эта сторона чувственности.
— Ви…
— Извини, — встряхиваю головой, фокусируя взгляд на обеспокоенных голубых глазах. — Я задумалась.
— О чем?
— Ерунда… — поднимаюсь и собираю посуду со стола.
— Ты, наверное, устал. Я здесь сама приберу.
Закончив с уборкой на кухне поднимаюсь на второй этаж. Дэниел выходит из ванной комнаты, на его бедрах повязано полотенце и… Все. Больше ничего. Рассматриваю его тело и вспоминаю день нашего знакомства. Тогда обнаженной была я.
Дэниел глубоко вдыхает и приподнимает подбородок. Встречаемся взглядами, сохраняя молчание. Передо мной мужчина, который не обижает меня, не принуждает, не мучает. Все наоборот, он пытается помочь, заботится и бережет.
Во мне все еще горит слабое пламя ненависти и отвращения, но с каждым днем оно все менее жаркое. Обжигающие языки уменьшаются, оставляя только мягкое тепло от совершенно других чувств. Это странно. Ощущения непонятны, и я точно ребенок в темной комнате, полной хрупкой посуды. Боюсь сделать шаг и разбить что-то ценное, но точно знаю, мне необходимо двигаться вперед. Ведь где-то там есть свет.
Гуляю взглядом по широким плечам, крепким мышцам груди и живота, на котором виднеется темная полоска волос.
— Ты уже видела обнаженного мужчину, Ви?
Качаю головой, опуская взгляд в пол. Живого никогда не видела. В лицо ударяет жар. Смущение? Эта эмоция должна была умереть, как и все остальные, но я чувствую ее очень отчетливо.
— Ты можешь смотреть. Даже подойти ближе, если хочешь.
* * *Дэниел вымотан, но рядом с Ви ему хочется быть сильным. Всю неделю он не забывал о ней ни на минуту, разве что во время операций. Магнетизм Вивьен набирает силу. И дело не во внешности и не в том, откуда она пришла и как появилась.
Дело в чувствах. Их нельзя объяснить, только принять и беречь.
Беречь…
Один раз Росс уже не справился с этой задачей. И он не перестанет винить себя, наверное, никогда. Как разорваться между делом всей жизни и любимой женщиной? Кто допустил больше ошибок? Кто же все-таки виноват?
Росс ломает голову над этими вопросами каждый день, но сейчас… Сердце попадает в ураган любопытного и смущенного взгляда серых глаз.
