"
"– Обжорство и режим питания – разные вещи, – назидательно сказал Дадли, схватил Гарри за руку и поволок его за собой. – Кушать нужно в одно и то же время, тогда всё правильно усваивается. А не так, как ты – на ходу или за книжкой. Вон, ветром уже носит, задохлик. А я не толстый, я коренастый.
Не обращая внимания на хихиканье кузена, младший Дурсль спросил:
– Тебе, кстати, что на день рождения подарить? Родителей не переплюну, но кое-что могу.
Дадли гордился тем, что папин знакомый мистер Уиллис взял его на подработку курьером.
Конечно, в отличие от взрослых курьеров, он не ездил по Лондону, а принимал поручения между складом и конторой да бегал за кофе грузчикам. Но папа и мистер Уиллис сказали, что большие дела начинаются с маленьких. С начала летних каникул Дадли уезжал на работу вместе с папой, а возвращался домой после полудня на электричке. У него появились собственные деньги, и Дадли чувствовал себя совсем взрослым.
Гарри мама не отпустила, сказала, что не хочет оставаться дома в одиночестве, без своих мужчин.
Тот смирился, помогать тётке по дому ему тоже нравилось.
Гарри задумался.
– На книжку хватит?
Дадли кивнул.
– Тогда вместе в книжный пойдем. Там такой медицинский атлас появился, загляденье просто, – Гарри вырвал руку и побежал по дорожке. – Тётя, подожди, я помогу накрыть на стол!
Дадли закатил глаза – не годится нормальному мужчине уделять столько внимания кухарничанию и сервировке стола. Папа смеялся и говорил, что все великие повара были мужчинами, и если Гарри решит открыть ресторан, то он готов помочь племяннику необременительной ссудой.
А мама мечтала, чтобы Гарри стал знаменитым киноактёром. В раннем детстве кузен был очень застенчив и даже слегка заикался, поэтому она решила записать мальчика в школьный драматический кружок. С первого же спектакля с участием Гарри мама уверилась в незаурядном таланте начинающего актёра. Она могла часами рассказывать подругам о «броской внешности» и «впечатляющей способности к перевоплощению» своего воспитанника.
Дадли же считал, что актёрский талант Гарри заключался исключительно в том, что тот был единственным парнем в кружке. На школьных спектаклях, посещать которые Петуния Дурсль считала обязательным для всех членов семьи, он едва не умирал со смеху, глядя, как Поттер объясняется в любви принцессам, каждая из которых была намного выше и крепче тощенького очкастого принца.
